Тейлор — Медея [на 2020-й год; не закончено и не будет]

Дремавший на камине ворон неожиданно встрепенулся, и из птичьего клюва раздался голос Кастер:

— Сплетница, тебя можно отвлечь?

— Да, конечно, что случилось? — откликнулась Лиза.

Из мерцания телепорта возникла Кастер, устроилась в кресле напротив, задумчиво сообщила:

— Ты была права.

— Я всегда права, — приосанилась Лиза, старательно не глядя на собеседницу. Вот только мигрени вдобавок к бессоннице ей не хватало. — А в чем конкретно?

— Панацея нестабильна. Я проверила эмоциональные реакции. Она действительно полностью зациклена на Славе. Ее не интересует никто, кроме нее, потрясающая ревность. Вот только эти чувства и близко не естественные. Напоминают скорее наркозависимость.

— Полагаю, это результат постоянного пребывания в ауре воздействия Славы, — откликнулась Сплетница. — Плюс сильнейшее психологическое давление. Рядом со Славой Панацея себя чувствовала комфортней. Защищенней. Это наложилось на подростковую гормональную перестройку, возник импринтинг, и Панацею перемкнуло на сестре. Я в банке успела многое понять, я же тебе говорила.

— Хм… Можно использовать это для вербовки. Усугубить внешнее давление. Спровоцировать признаться Славе. У той вечно язык опережает голову, она обязательно выкинет какую–нибудь глупость. Панацея не выдержит и сбежит. Перехватить, предложить убежище. Ненавязчиво подчеркнуть, что, даже совершив в прошлом ошибки, вы стремитесь их исправить. Параллельно рассказать Славе о воздействии ее ауры. Сформировать у нее комплекс вины. Тогда при встрече Слава будет просить прощения и сама предложит Панацее держаться подальше, чтобы суметь прийти в себя от ее вмешательства. С одной стороны, это стабилизирует Панацею, с другой стороны, даст стимул не возвращаться. Если она сама пожелает остаться, даже Брандиш будет трудновато ее вернуть. А ты в это время займешься маленькими душеспасительными беседами. Создав для Панацеи чувство «дома», можно будет посоревноваться с влиянием на нее Славы. Учитывая, что она сама стыдится своих чувств, теорию об их искусственности, да еще подтвержденную Славой, она примет с легкостью, и начнет с этими чувствами бороться. Люди вообще склонны к самооправданиям. Ну а мы, приняв, поддержав и не осудив, займем в ее восприятии место Славы.

— Да, вполне себе план, — задумчиво кивнула Лиза. — Нужно будет проработать нюансы и развилки, но вполне себе план.

— И проработай на всякий случай варианты ее ликвидации, — тихо добавила Кастер.

— Ты предполагаешь, что она все же может сойти с ума?

— Я обязана предполагать ВСЕ, — все так же тихо, но твердо ответила Кастер.

Лиза задумчиво постучала пальцами по крышке ноутбука, сменила тему:

— Кстати, я узнала, из–за чего в СКП поднялся переполох. Зашла через один из бэкдоров Выверта. Оказывается, СКПшники нашли его тело, и опознали. Это оказался некий Томас Калверт, между прочим, довольно плотно работавший с СКП.

— Понятно, почему Пиггот в ярости, — кивнула Кастер. — Мы прикрыты?