Электронная книга - «Избранные произведения. V том». Краткое содержание книги:
Дин Рэй Кунц (род. 9 июля 1945 года, Эверетт, Пенсильвания, США) — американский писатель. Один из самых популярных авторов «романов ужасов». Из его шестидесяти книг двенадцать стали национальными бестселлерами в Америке. Известен во всём мире как непревзойдённый мастер остросюжетных триллеров, которые держат в напряжении с первой и до последней строчки. Содержание: Вторжение Предсказание Скорость Подозреваемый Самый темный вечер в году Славный парень Твое сердце принадлежит мне Безжалостный Затаив дыхание Что знает ночь? Улица Теней, 77 Город Эшли Белл Душа в лунном свете Рассказы (сборник)
Она не стала беспокоить их, отрывая от молитв и размышлений о вечном, лучом фонаря, уважая их право побыть в церкви наедине с Богом.
Когда она добралась до широкого поперечного прохода между первой скамьей и ограждением алтаря, пол под ногами содрогнулся, раздался треск, который они уже слышали в доме Эбби и Джонни.
Молли направила луч фонаря в натертый пол. Описала широкую дугу. Нашла пару-тройку вздувшихся досок, однозначно указывавших на давление снизу.
Вергилий понюхал пол, держась подальше от деформированных досок.
В церкви был подвал. Там хранились праздничные украшения, стояли печь и водяной котел. Возможно, теперь там поселилось какое-то чудище.
Свечи в красных стаканчиках горели не только на стойках у алтаря. Они стояли и на полу, у статуи Девы Марии, и на парапете ограждения.
В их мерцающем свете Молли увидела, что все дети веснушчатые и зеленоглазые. Да и другие черты лица указывали, что они из одной семьи.
Щечки самой младшей, девочки со светлыми волосами, блестели от слез. Эбби сразу взяла ее за руку и встала рядом, может, потому, что они знали друг друга, но скорее по другой причине: поняла, что должна поддержать малышку.
Двое других были мальчиками-близнецами лет восьми-девяти. Волосы у них, в отличие от сестры, были темные, почти черные. И хотя выглядели мальчики испуганными, чувствовалось, что присутствие духа они не потеряли, в них просто кипела энергия. Они хотели что-то сделать, хотели действовать, пусть и понимали, что разрешить, сложившуюся ситуацию не в их силах.
Ни один из мужчин, похоже, не состоял с детьми в родстве.
Первого, высокого и тощего, с выпирающим адамовым яблоком, отличал острый нос. А нижнюю губу он жевал так активно, что очень скоро мог прокусить кожу. Его маленькие глазки пребывали в непрерывном движении. Взгляд нервно перескакивал с Молли на Нейла, детей, прихожан на скамьях, темный алтарь, чтобы вернуться к Молли и снова пойти по кругу.
Второй был коренастым толстяком с пухлыми ручками.
— Я очень сожалею. Я очень сожалею, но другого выхода не было! — воскликнул он, жалобно глядя на Молли.
— О чем вы сожалеете? — спросил Нейл.
— У нас нет оружия, — продолжил толстяк. — Мы надеялись, что оно есть у вас… и так и вышло. Но теперь я думаю… а поможет ли оружие?
— Я не очень силен в разгадывании загадок, — признался Нейл.
— Нам следовало вас предупредить, но что тогда случилось бы с нами? Вот мы и позволили вам зайти в западню. Мне очень жаль.
Вновь содрогнулся пол. На стойках сдвинулись с места красные стаканчики со свечами. Огоньки задрожали, похожие на яркие языки, дернувшиеся в безмолвном крике.
Глава 38
Толстяка, как и его тощего спутника, чудовище, каким бы оно ни было, бушевавшее в подвале, волновало куда в меньшей степени, чем темный алтарь у них за спиной и прихожане на скамьях перед ними. Он снова и снова поглядывал то на алтарь, то на скамьи.
— Можете вы вывести нас отсюда? — спросил высокий мужчина, словно забыл, где находятся двери.
За спиной Молли услышала движение в разных частях церкви, словно прихожане одновременно поднялись со скамей и направились к исповедальне.
Поворачиваясь, она вспомнила руку в мраморной чаше для святой воды. Шок, вызванный контактом с отрубленной рукой, заставил забыть одну важную подробность, которая теперь больше не ускользала от нее: руку отрубили не сегодня. Она раздулась, потеряла цвет, начала разлагаться, то есть принадлежала рука человеку, который умер раньше и до этого дня или ночи лежал в могиле. Однако тело так хорошо забальзамировали, что оно достаточно успешно противостояло процессу разложения.
Одну за другой луч фонаря Молли выхватывал из темноты фигуры прихожан, теперь не сидевших, а стоящих среди скамей: изъеденные червями, лишившиеся душ тела, в истлевших костюмах и платьях. Слепые с зашитыми веками. Глухие к истине, потерявшие надежду. Ожившие только телом. Словно в насмешку. Насмешка. Пародия осквернение, глумление.
И здесь внеземная сила не делала различии между живыми и мертвыми, между органическим и неорганическим. Казалось, что Земля захвачена и переделана пришельцами не из другого спирального рукава Млечного Пути и даже не из другой галактики, а из иной вселенной, где законы природы радикально отличались от законов, действовавших в этой Вселенной.
Человеческая реальность, которая функционировала на основе законов Эйнштейна, и абсолютно другая реальность захватчиков Земли столкнулись, смешались. И на этом эйнштейновском перекрестке, в этом худшем из всех возможных новых миров, могло происходить все, что угодно.
