Чан Кайши
- Автор: Панцов Александр Вадимович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия, 2019. — 507[5] с.: ил.
- ISBN: 978-5-235-04202-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Чан Кайши». Краткое содержание книги:
Фумэй, мать Цзинго, сильно переживала разлуку с сыном. В политике она ничего не понимала и просто хотела, чтобы ее обожаемый сын вернулся. Она по-прежнему жила в Сикоу, в родовом доме Чанов, и занималась хозяйством.
К Сун Мэйлин, когда та с Чаном посетила Сикоу, и она, и ее родственники отнеслись спокойно, скандалов не устраивали, хотя Чан этого очень боялся и накануне визита даже просил своего старшего брата прощупать почву. Фумэй распорядилась, чтобы местный повар готовил любимые блюда Чана, которые когда-то стряпала его мать: варенные в курином бульоне клубни таро (как мы помним, это китайский картофель) и жаренную с соленой травой мэйганьцай (китайской горчицей) свинину. Мэйлин обычно ела западную пищу, но и эта деревенская кухня ей понравилась. Фумэй же просила Чана только об одном: верни сына. Но как раз этого-то Чан и не мог сделать.
Второго сына, Вэйго, Чан Кайши время от времени видел. В 1926 году, когда Вэйго исполнилось десять лет, Ечэн перевезла его из Нинбо в Шанхай, где мальчишке сначала очень понравилось. Особенно его впечатлил синематограф. Но вскоре, гуляя как-то по улицам Французской концессии, он обратил внимание на надпись перед воротами одного из парков, запрещавшую вход собакам и китайцам, и возненавидел «заморских дьяволов». В 1927 году, когда было объявлено о предстоявшей свадьбе его отца с Сун Мэйлин, Ечэн по договоренности с Чан Кайши увезла Вэйго в свой родной город Сучжоу, где Чан вскоре купил им дом за 20 тысяч китайских долларов. Кроме того, он стал ежемесячно платить бывшей наложнице 120 китайских долларов. В Сучжоу Вэйго поступил в среднюю школу при Университете Дуньу, основанном в 1900 году американскими миссионерами.
Главной проблемой, вставшей перед Чан Кайши сразу после приезда в Нанкин, было вовлечение во второй этап Северного похода Фэн Юйсяна (хозяйничавшего в провинциях Хэнань, Шэньси и Ганьсу), Янь Сишаня (правителя провинции Шаньси) и Ли Цзунжэня (лидера «новой гуансийской клики»). Без помощи этих крупнейших милитаристов рассчитывать на победу в войне против хозяина Шаньдуна Сунь Чуаньфана и маньчжурского олигарха Чжан Цзолиня, контролировавшего Пекин, он не мог.
Ему удалось достичь соглашения с Фэном довольно быстро, у того к Чжан Цзолиню имелись свои претензии: маньчжурский милитарист в начале 1926 года выбил его из Пекина. С Ли Цзунжэнем тоже осложнений не возникло: к тому времени тот разочаровался в Ван Цзинвэе, оказав — шемся не очень-то дееспособным. «Ван Цзинвэй на самом деле представлял собой не более чем “цветочную вазу”, — вспоминал Ли Цзунжэнь. — …Он годился только для декорации, а практического толку от него было мало». «К тому же он был не такой умный», как Чан. Что же касается Янь Сишаня, тот в конце концов тоже поддержал план новой военной экспедиции, несмотря на то, что часть его офицеров склонялась на сторону Чжан Цзолиня, да и сам Янь вначале старался убедить Чана, что лучше было бы договориться с маньчжурским маршалом. Янь перешел на сторону Гоминьдана позже других, в июне 1927 года, по сути формально, только из страха потерять власть в провинции, а потому был не очень надежен. В Китае говорили, что он просто «поднял <гоминьдановский> флаг и изменил вывески».
Со 2 по 7 февраля 1928 года в Нанкине в здании Центрального исполкома Гоминьдана (дом 16 по улице Диньцзяоцяо[39], в северной части города, недалеко от красивейшего озера Сюаньуху) состоялся 4-й пленум ЦИК. В нем участвовал 31 человек, но двух крупнейших после Чана деятелей Гоминьдана не было: ни Ван Цзинвэя, ни Ху Ханьминя. Оба находились за границей: у Ху, как и у Вана, отношения с Чаном были сложными, так что пока суд да дело, он тоже решил попутешествовать.
На открытии пленума Чан выступил с речью. «Я надеюсь, — сказал он, — что все товарищи — члены ЦИК будут единодушны в достижении… <следующих> целей: уничтожении компартии, выполнении завещания Сунь Ятсена, уничтожении милитаризма и империализма, полном завершении Северного похода и признании высшей политической целью осуществление великой программы строительства государства». При этом он подчеркнул, что «возрождение нашей партии — залог возрождения Китая». Пленум формально исключил из Гоминьдана коммунистов и крайне левых гоминьдановцев, не решившись, правда, прекратить членство в партии вдовы Суня — Сун Цинлин, тоже очень левой. Союз с СССР был официально разорван.
39
Ныне дом 10 по улице Хунань лу.