Персиковое солнце

Веня вздохнул, но возражать не стал, да и сказать ему было нечего. Майя всегда была на голову выше его во всем, что бы ни делала или говорила, и его это нисколько не удивляло. Вот Женя его никогда не унижает превосходством интеллекта и какой-то неописуемой идеальностью во всем, что делает. Он такой свободный в душе, в мыслях, чувствах и их проявлениях. Это не может не восхищать!

Вспомнив, как они с Женей познакомились восемь лет назад, Веня вздохнул. Как же давно это было или, наоборот, совсем недавно? Был холодный ноябрьский вечер. Он тогда возвращался домой к Тане с Васькой, пытаясь в дорожной суете вырулить и припарковаться около аптеки, в которой ему нужно было купить уйму непонятных для него по назначению и названиям вещей. Веня увидел Его. Он стоял около витрины и выбирал сироп от кашля. Да и выглядел немного похожий на ковбоя мужчина с длинными, до плеч, волосами с проседью, выглядывавшими из-под шляпы и многослойно обвившего шею вязанного красного шерстяного шарфа, заметно простуженным. Они встретились глазами и Вене показалось, что он с этим ковбоем давно знаком, но не мог припомнить обстоятельства их знакомства. Он, проявив неожиданную для себя решимость, подошел к простуженному мужчине и сказал:

– Не советую брать этот сироп. У него отвратительный горький вкус, да и не помогает он вовсе!

– Правда? Никогда бы не подумал, что такие красавчики разбираются в сиропах от кашля! – заметил ковбой, оценивающе сканируя кудрявого голубоглазика, явно желавшего с ним познакомиться поближе.

Осознавал ли это желание Веня?! Наверное, в тот момент нет. Веня разговорился с незнакомцем в шляпе, ничуть не удивившись, когда узнал, что он почти десять лет прожил в знойной Мексике, а вернувшись в Ростов после смерти родителей, никак не мог привыкнуть к знакомому с детства климату и постоянно болел простудами.

– Хочешь, я покажу тебе настоящий амулет, подаренный мне вождем племени майя? – спросил Женя, обволакивая Веню сладострастным взглядом.

– Как интересно?! – ответил практически загипнотизированный очарованием своего нового знакомого Веня. – Майя?! Ха-ха!

– А что смешного-то? – спросил Женя.

– Майя! Так звали мою первую жену, – ответил Веня и снова рассмеялся.

Желание смеяться на какое-то время у него пропало, когда Женя привел его в свою квартиру-студию на улице Береговой. У Вени реально закружилась голова и появилось ощущение дежавю. Все та же квартира, раскрашенная в желто-оранжевых тонах, знакомая широкая плазма на стене, но диван и кресла были другими, более нормальными и без позолоты на крученых ручках и ножках.

– У этой Ани был отвратительный вкус, – пронеслось в затуманенной воспоминаниями голове Вени и он ухватился за стену, чтобы не упасть.

– Тебе не хорошо? Хреново выглядишь?! Может, ты что-нибудь выпьешь? – спросил Женя, заметив помутневший взгляд Вени.

– Это же квартира Ани?! – недоверчиво по отношению к собственным воспоминаниям спросил Веня.