Чужая невеста для Альфы

Соню держали отдельно, и это мне не казалось правильным даже раньше. Она всегда казалась такой грустной и потерянной, что хотелось сделать всё, чтобы она перестала думать о прошлом. С насилием справляются многие, а она не могла.

Но сейчас я понимаю. С болью можно справиться, и тем, как тянет спину, и с ноющей болью в синяках. А вот с тоской по человеку не так легко совладать. Когда каждую секунду прокручиваю в голове совместные моменты и пытаюсь переиграть события, хотя бы в своих мыслях.

— Привет.

Голос дрожит, когда вижу девушку на кресле у окна. Она даже не оборачивается, никак не реагирует. Хотя раньше даже бросала мне несколько фраз перед тем, как я уходила.

Но почему она ни разу ничего не сказала? Хоть бы слово, намёк, что Верховная не так честна, а в чудовище удивительно легко влюбиться, когда видишь его настоящим.

— Как ты? Не хочешь со мной поговорить? Меня не было пару недель, но я снова вернулась, — стараюсь заполнить тишину болтовней. — Мою свадьбу разрушил Истинный и…

— Поставь обед и уходи.

Бросает коротко, хмурясь. Может, она уже слышала, что меня похитил Истинный? И теперь думает, что я предательница, которую ничего не изменит?

— Не могу. Должна проследить, чтобы ты всё съела и выпила. Травы успокаивают, Софи.

Девушка дёргается, оборачиваясь. Сверлит меня взглядом, поджимая губы. Я так никогда её не называла, но не могу же напрямую рассказать всё, что знаю теперь. Существует миллион подслушивающих заклинаний, а я даже не знаю, как их обходить.

Ведьма, а совсем не смыслю в магии. Только те базовые вещи, которые раньше казались сложными. А теперь даются слишком легко.

— Нужно выпить все отвары, чтобы стало лучше, — произношу заученную фразу. — Сонь.

— О, жизнь тебя не меняет.

— Жизнь забавная штука. Знаешь, — присаживаюсь на краюшек стола, пытаясь подобрать слова. — Всё быстро меняется. Вот ты невеста одного, а вот тебя похищает Истинный.

— Вы с Верховной, наверное, счастливы, что ты вернулась.

— Да, Верховная очень рада. А я, — отрицательно качаю головой, привлекая внимание Софи. — Ещё больше. Так, а теперь — пей.

Но в противовес забираю у девушки стакан, доставая из подкладки пальто пустую бутылку. Медленно переливаю под непонимающим взглядом девушки. И, впервые, вижу слабую тень улыбки.

— Берг, кстати, оказался редкостным мудаком. Представляешь?

— Берг?

— Ага, а его брат Макс… В общем, эти ужасные оборотни, — но улыбаюсь, как всегда, когда думаю о Берге. — Они ведь просто так не отпускают. Всегда стараются вернуть своё.

— Конечно, чудовища ведь так просто не отступают, да?

— Да, чудовища удивительно хорошо справляются с поставленными задачами. Слишком напористые, — ладонь сама тянется к животу. — И жестоки. Видишь, сколь у меня синяков? Сонь, твои… Твои же были такие же или…?

Нельзя же о таком спрашивать. Бросать девушку из одних воспоминаний к другим. И это не моё право лезть в чьё-то прошлое. Но так важно понять — насколько сильно мне долбануть Верховную, когда появится Берг.