Войны России за Украину. От царя Алексея до Екатерины Великой

На левом, южном участке фронта, где ожидалось нападение поляков, военные действия носили оборонительный характер и сводились к отражению наступавших поляков. Здесь, как и на правом фланге, действовали объединенные русско-украинские силы. Поляки заключили союз с крымским ханом и крупными силами начали продвигаться вглубь Украины, жестоко расправляясь с населением и все уничтожая на своем пути. Полякам удалось продвинуться в район Умани, которую они окружили совместно с татарами. Но вскоре на выручку Умани и находившегося там со своим отрядом славного сподвижника Хмельницкого полк. Богуна подошли главные казачьи силы совместно с русскими войсками Шереметьева. В ожесточенном сражении под Охматовым, в котором принимал участие и прорвавшийся со своим отрядом из Умани полк. Богун, польско-татарские силы были отброшены и настолько ослаблены, что сами ушли на запад. А несколько позже, осенью 1655 г., соединенные русско-украинские войска под командованием Хмельницкого сами двинулись на запад и, освободивши обширную территорию, подошли к Львову, в котором был сильный польский гарнизон. Началась осада, во время которой непольское население Львова всячески старалось помочь осаждавшим, о чем сохранились свидетельства современников.

Но в это время сильная татарская армия двинулась на помощь Польше и пыталась совместно с новыми силами поляков окружить русско-украинскую армию Хмельницкого и Бутурлина (который заместил Шереметьева) и отрезать отступление. Хмельницкому пришлось снять осаду Львова и начать отступление на Приднепровье.

Во время этого отступления в ноябре 1655 г. татарская армия хана Магомет Гирея, пытавшаяся напасть на Хмельницкого, была разбита под местечком Озеряне (между Львовом и Тарнополем), и казаки со стрельцами к концу года вернулись на Приднепровье.

Описывая эту осаду Львова, Грушевский и его «школа» утверждают, что Хмельницкий легко мог взять Львов, но не делал этого умышленно, не желая, чтобы Львов заняли «москали», а предпочитал, чтобы он остался в руках поляков. При этом Грушевский ссылается на шведские источники (шведы тогда были в войне с Польшей, но готовились к войне с Москвой).

Неверность этого утверждения слишком очевидна, и она не заслуживает опровержения. История не знает еще ни одного полководца, который, осадивши большой город и будучи в состоянии его легко взять, воздержался бы от овладения из каких-то хитроумных комбинаций. Хмельницкий не был исключением. Версия же Грушевского, что Львов не был взят благодаря двурушничеству Хмельницкого, только лишний раз показывает, насколько сепаратисты извращают историю.