Сфирот [СИ]

Прорыв.

Синий экран смерти для человеческого восприятия. Нет таких слов, нет таких понятий. Наша реальность задрожала, исказилась, смешалась. Близко — и бесконечно далеко находились Инки и люди, упавшие бесчувственными телами, близко — и бесконечно далеко визжала Кричащая — призванная Святыми хищная азур-сущность, чем-то напоминающая «Ахримана», но несколько иная.

И я ощутил его. Огромную, неповоротливую А-Тварь, источающую невероятный ужас. Она протягивала свои щупальца во многие миры, как жирный, затаившийся паук. София была абсолютно права — слизняк из Разлома был лишь тенью, земной персонификацией этой Твари. Его уничтожение ничего бы не решило. Даже по сравнению с моим Сфиротом он казался настоящим колоссом, а «Ахриман», даже такой мощный, как Кричащая, и вовсе был для него просто трепещущей бабочкой.

Он слизнул ее походя, как будто даже не заметив. Выдохнул, если можно использовать такое слово — Бурю Перемен. И посмотрел, если можно использовать это выражение — на меня.

Мы соприкоснулись. Ментальный Зов накрыл со страшной, неизмеримой силой, пытаясь проникнуть внутрь того, чем я стал, подхватить и увлечь, как торнадо вырывает с корнями старое, глубоко вросшее в землю дерево. Мощь Роя и давление Супермонады, испытанные в Фиордасе, были легким ветерком перед ураганом Зова Даат, но сейчас им противостоял не Инкарнатор Грэй, а нечто большее.

Борьба длилась меньше мгновения. Или сотню лет. Тысячи вырванных из тел Инков и людей душ продолжали вращаться вокруг меня, и они как будто придавали силы. Зов был не властен надо мной, над ними. А затем Даат усилил напор, словно удивленный сопротивлением, и ураган превратился в бушующий, яростный шторм.

Он увидел. Узнал. Снова посмотрел на меня с разных сторон, взвешивая и оценивая — не так тщательно, как в первый раз, но с большим интересом. И удивлением? Но не только Даат узнал, что ему нужно. Взаимопроникновение дало возможность тому, чем я стал, тоже воспринять ментальную суть кошмарной Твари. Частично, фрагментарно, но безошибочно.

Он тоже боялся. Рождение Сфирот стало для него опасностью, моя ментальная мощь оказалась неожиданностью. Давний эксперимент пошел не по плану, из безобидного подопытного кролика меня переквалифицировали в опасного питомца, способного при неосторожности оттяпнуть палец. Но при этом — очень перспективного. А еще он узнал, какие приказы отданы, и увидел, что немного брахма-частиц уже брызнули в контур Звездного Выстрела, разогревая А-реактор, а своды ледяного грота начали с грохотом раздвигаться, открывая ночные небеса Фиордаса.