Новый мир. Книга 5. Возмездие

— По какому, интересно, праву? Юридически, я — сбежавший из тюрьмы опасный преступник. А они, юридически — законопослушные граждане, — напомнил я.

Итальянка развела руками и саркастично усмехнулась.

— О каком «праве» мы с тобой говорим? Ты ведь помнишь, Дима, были времена, когда я и сама называла себя «правозащитницей», и думала, что могу обернуть закон во благо. Но с опытом ко мне пришло понимание простой истины — у войн и революций иные законы, чем у мирного времени. В некоторые переломные моменты истории не может быть верховенства закона — закон превращается в оружие в руках тех, кто удерживает власть. Власти ведь создали свои «особые трибуналы», имеющие с настоящими судами столько же общего, сколько «суды» средневековой инквизиции? Какую легитимность они имеют? На что они опираются, кроме силы в руках тех, кто их учредил? Мы можем создать свой «народный трибунал». И он будет ничем не хуже их.

Я внимательно посмотрел на Клаудию и глубоко задумался.

— Для того, чтобы кого-то допрашивать или судить, его вначале нужно поймать.

Итальянка удовлетворенно кивнула.

— Правильный ход мыслей.

Я недоверчиво прищурился.

— Хватит уже ходить вокруг да около. Ты ведь хочешь, чтобы эти люди ответили за то, что сделали, Дима? Вот и заставь их. Найди и заставь. Никто, кроме тебя, этого не сделает. Кроме тебя и людей, которые за тобой пойдут.

В глазах Клаудии сверкнул огонёк.

— Ты можешь не верить в идеи Сопротивления и скептически относиться к Фримэну. Это твое дело. Но у тебя нет лучших союзников. Сопротивление даст ресурсы, необходимые для твоей борьбы. И под нашим флагом ты сделаешь то, чего сам желаешь. Ради чего едва не отдал свою жизнь.

Я очень долго и задумчиво молчал.

— Ты согласен со мной? — спросила итальянка с нажимом, поворачиваясь ко мне.

— Черт возьми, да, — сам себе удивившись, наконец ответил я.