Ты пахнешь корицей

— Такой урод бесстрашный оказался, не скрываясь в подъезды заходил, перед дверями выпивал личинное зелье, убивал безжалостно. Во время третьего убийства почему-то занервничал и оставил след флера магической личности.

— Только не говорите, что это инквизитор, — ледяным тоном произнес Эль Канте.

Но в дверь уже втолкнули красивого и надменного Антона Лазутина. Теперь он не был похож на прекрасного принца, грустная снисходительная улыбка и презрительный взгляд делали из него не столько проигравшего нам противника, сколько низвергнутого падшего ангела, выгнанного из света на погрязшую в грехах землю.

Я мысленно выругался, взглянул на Эль Канте, его губы шевелились, и он тоже повторял далеко не заклинания.

— Ты прости, кэп, что так вышло, — Антон продолжал надменно улыбаться, — мне, правда, жаль. До знакомства с тобой я полагал, что инквизиторы тупые и злобные бездари.

— Лестно. Представляю, как ты с теплотой вспоминал обо мне, когда убивал людей под моей личиной, — выдавил я, с отвращением рассматривая этого красивого и холодного мага.

— Я выполнял приказ, — упрямо, по-мальчишески пожав одним плечом, ответил Антон.

— Как ты заклинание правды обошел, урод? — весело улыбнувшись, спросил Эль Канте.

Это сочетание грубости и веселья в моем всегда вежливом начальнике выглядело жутко.

— Его натренировали думать только об игре, упорно повторять о своей проблеме мысленно и вслух, так ему удалось не проговориться, не открыть блок, — ответил я. — Если ты не думал, что убиваешь людей, именно ты, а не те, кто отдал приказ, ты всё равно убийца, Антон Лазутин. Или тебя зовут иначе?

— Не ваше дело, — прошипел второй маг, засланный в ИнК магической оппозицией.

И красота и свет сползали с него, как краска с лица шлюхи, озлобленной слишком малой платой.

— Вас будут судить, господин маг оппозиции, но не потому, что вы вечно стоите поперек нашей дороги, а за убийства, — весело проговорил Максим. — Мы отвезем вас в столицу.

— Нет, — Эль Канте кивнул бесшумно возникшим в кабинете инквизиторам, — сначала я его допрошу, а потом, придумаем, как его транспортировать в Стейн-Петерсбёрг. Не забывайте, он — убийца.

— Хорошо, — Максим видел, что перечить Эль Канте не стоит.

— Что касается тебя, любитель булок с корицей, — обернулся ко мне начальник, ласково улыбаясь, — ты возьми отпуск, пока твой отдел расформировывают и собирают заново, двое засланных в одном отделе — это очень плохая работа начальника, Громов. Готовся взвалить на свои плечи самых глупых и слабых инквизиторов.

Я кивнул, мне больше ничего не оставалось.

— Полагаю, мой клиент свободен? — вскочил мой адвокат, когда двери за всеми инквизиторами закрылись.

— Да, конечно, Артём, можешь ехать домой, — вздохнул Максим.

— Благодарен вам, поеду чуть позже, — поклонился я адвокату, прикидывая, как быстро он доложит моему тестю, что я в немилости у Эль Канте?

Попросил телефон у Максима, когда недовольный адвокат удалился.

— Ася, убийцу нашли, — не поздоровавшись, выпалил я, — со мной всё хороше, я позавтракал, приеду немного позже, надо проверить кое-какие идеи.