Другая женщина (СИ)

- Ты не хочешь мне ничего сказать?

Голос Марка был абсолютно спокойным, хоть в нём и слышались жёсткие нотки. На душе сразу стало погано. Словно медленно, очень мучительно ядовитый, разрывающий все органы яд начал въедаться в моё тело. Под кожу, проникая в кровь.

- Что сказать?

- А, по-твоему, нечего? - он усмехнулся, но было в этой усмешке что-то зловещее и одновременно, что-то очень болезненное. - Ты три дня бегаешь от меня. Не отвечаешь на звонки, более того, сбрасываешь вызовы! Вчера я полночи дежурил у твоего подъезда....Где ты ночевала?

Пускай его голос и вибрировал, но Марк по-прежнему старался сдерживать себя. Он даже не кричал на меня, хотя должен был! Он должен был меня ударить, вышвырнуть из машины, Господи да всё, что угодно, кроме этого допроса...Я не могу ему ответить. Мне нечего ему сказать. Точнее нет, все эти три дня я репетировала свой монолог. Я была уверенна, что смогу. Смогу вот так, глядя ему в глаза, сказать, что разлюбила. Что он мне больше не нужен. Что между нами всё кончено. Что я устала быть второй,...Чёрт подери, да что угодно лишь бы раз и навсегда разорвать этот дьявольский узел, эту мёртвую петлю! Но как сильно я ошибалась....Здесь, в этой машине, всё было пропитано ЕГО запахом, тоннами этих грёбанных воспоминаний, которые жгли душу. Всего неделю назад мы целовались вон там, на задних сиденьях. Марк тёр в руках мои ладони, согревал их своим обжигающим дыханием. Тогда, в те минуты моя душа замирала от счастья. Тихого молчаливого счастья, пропитанного капельками какого-то совершенно безумного восторга. А теперь здесь, в этой самой машине я должна сказать, что не люблю,...Я должна пересилить себя и соврать!

Но у меня не получилось. Я слишком себе переоценила. Может, дело было в том, что с недавнего времени я всё начала переживать особенно остро, а может, это было слишком...чертовски тяжело для одури влюблённой женщины, но я не смогла. Не смогла этого сказать. Я вообще не смогла произнести ни слова. Просто закрыла лицо руками и разрыдалась. Громко истерически. В ту же секунду Марк притянул меня к себе, крепко обхватив за плечи. Он зарылся лицом в мои волосы, уткнулся носом в макушку, начав медленно, как ребёнка убаюкивать. А я продолжала реветь, сотрясаться, словно в лихорадке, комкая в ладонях его рубашку. Что делать? Господи, что же делать?!

- Тсс, всё моя хорошая, девочка моя, не плачь, не надо....А у меня для моей птички есть сюрприз?

Всё ещё не сумев подавить пробивающую всё тело волну мелкой дрожи, я подняла на него заплаканные глаза.

- Какой?

- А вот сейчас и увидишь. Точнее пока что, если ты не против, глазки тебе надо будет прикрыть, - пока я ещё не совсем поняла, что происходит, Марк достал из кармана какую-то повязку, а уже через секунду тёмная ткань лишила меня возможности видеть. - Я сниму её сразу же, как только мы приедем....Вообще-то можно и пешком, тут идти-то, но не оставлять же здесь машину?

Марк поцеловал меня в губы, очень нежно ласково, словно пытаясь успокоить. И у него это получилась. Дрожь прошла. Я смогла хоть как-то взять себя в руки.

Машина тронулась через пару секунд, а я даже не стала ничего спрашивать. Не потому что мне было не интересно или вовсе всё равно, просто я ему доверяла. Доверяла больше чем себе. Пусть увезёт меня. Куда-нибудь подальше. Подальше от этого места, от этого города, от всех вокруг...