Как воспитать приют и мужа

   – Где мы? Что происходит? – у нее задрожали губы.

   – Это мир магии, мама. Литория. Именно здесь я жила все это время, – я взяла ее за руки, глядя в глаза.

   От таких новостей в голове у мамы явно произошло короткое замыкание. Пока она стояла и моргала, Юлиан вздохнул:

   – Нам нужно спешить. Энни похитили.

 Глава 27

   – Вы с нами не пойдете, – затягивая ножны на поясе, прорычал Юлиан в двухсотый раз. – Мне некогда заниматься вторым порталом, чтобы вернуть на Землю, так что посидите здесь, под охраной.

   Я уже вернула обычный облик Элеоноры Лейсон, и мы переоделись в более подходящие для Литории наряды. Он – в простые черные брюки и темную рубашку со шнуровкой по воротнику. Я – в удобный костюм для верховой езды, не сковывающий движения в отличие от привычных этому миру пышных платьев с корсетами. И только мама в нашей компании осталась в обычном «земном» сарафане по колено, больше напоминающем пляжный.

   – Мою внучку похитили! Мою кровиночку! – разошлась мама. – Я имею право…

   – Сесть здесь и вести себя тихо, – Юлиан ткнул пальцем в ближайшее кресло. – Иначе я за себя не ручаюсь, а в подземелье – полно свободных камер.

   Он недовольно застегнул ножны, напоследок прихватив мешочек с магической пыльцой.

   – Что?! – одновременно возмутились я и мама.

   Юлиан широким шагом вышел в коридор. Дверь громыхнула так, что с полки свалилась какая-то склянка, закатываясь под шкаф. Мама, еще шокированная, проводила ее взглядом. А я выскочила в коридор.

   – Юлиан!

   Ноль реакции. Только шаг ускорил. Взбесившись, я бросилась следом и дернула за рукав.

   – В чем дело, Юлиан?! Ты как с цепи сорвался! Как только мы переместились на Землю, как подменили!

   Юлиан среагировал мгновенно. Он буквально вжал меня лопатками в стену, и мы оказались в небольшой нише. Тени упали на благородное бледное лицо, сейчас помрачневшее от ярости. Зрачки расширились, и взгляд зеленых глаз показался темным, зловещим.

   – Это тебя… как подменили! – Юлиан явно с трудом сдержался от более жестких определений. – Ты могла привести в замок пятерых беспризорников за ночь и даже воспитать из них что-то путевое! Могла быть решительной и смелой! А теперь только и делаешь, что цепляешься за мамину юбку. С момента вашей встречи ты носишься с ней, чтобы ни за что не задеть ее чувства! А она этим нагло пользуется, но тебе удобнее этого не видеть.

   – Это ненормально: любить свою маму? – я недовольно дернулась.

   Отношения с матерью у меня всегда были ни к черту. Единственный способ не жить по ее указке – держаться эдак за три тысячи километров. Ну, или в магическом мире. Тоже вариант.

   «А сейчас появился шанс доказать ей, что ты чего-то добилась? Что не загубила свою жизнь, как только уехала из дома? – ехидно предположил внутренний голос. – А выжила и в другом мире. Да еще обзавелась семьей и организовала целый приют. Молодец, Элечка, может, хоть теперь мамочка поверит, что ты чего-то стоишь? Так?»

   – Любить? Если любишь, так сама и заперла бы ее здесь! Чтобы не подвергать опасности. Или вообще, не совалась бы на Землю. По той же самой причине. А ты не можешь понять, что Земля – больше не твой мир! Хотя… – Юлиан прищурился, грустно улыбнувшись. – Может, ты скучаешь по всему этому? По машинам, джинсам и гаджетам? По чаю из пакетиков и тому, что можно в любой момент позвонить мамочке?

   – Это уже слишком! – вспыхнула я.

   Сама не поняла, как вскинула руку. Моя ладонь замерла за секунду до злой и хлесткой пощечины. И то лишь потому, что Юлиан перехватил за запястье. Тонкие цепкие пальцы сжали почти до боли, притягивая ближе.

   Я замерла, как испуганный зверек перед хищником. Губы чуть разомкнулись, выдавая частое-частое дыхание.

   – Не смей так делать, Элеонора, – прошипел Юлиан. – Иначе точно поплатишься.

   – К-как?

   – А вот как…

   Он закрыл мне рот поцелуем. А сильная ладонь легла на затылок, не давая и шанса отстраниться. Пальцы просеяли мои волосы, слегка сжимая. Так, словно Юлиан хотел показать: этот поцелуй – наказание. Хотя и до одури сладкое. Ведь от такого напора у меня мгновенно ослабели колени. Когда Юлиан отстранился, я подняла одурманенный взгляд.

   – Я бы продолжил с тобой в спальне, – четко очерченные губы изогнулись в короткой усмешке. – Но хочу найти свою дочь.

   Это «свою» хлестнуло, как плетью. Как будто я – уже никто для Энни. Пустое место, которое по глупой прихоти притянуло ее на Землю и подвергло опасности. Ведь может, в замок похититель и не осмелился бы сунуться.