Упавшее небо

Впрочем, восьминогам они тоже мешали, а я, кажется, как раз приноровился наконец к инерции тяжелого резака и уменьшающему подвижность оружия пуку проводов и шлангов. Для реального фехтования подобной штукой требовалась совсем другая техника, нежели мне преподавал Разящий, но опыт и общее понимание делали свое дело. Это как с языками: выучив один из родственной группы, другие заучить гораздо проще. И даже не уча все равно что-то начинаешь понимать.

Три события произошли одновременно: уже никем не сдерживаемый окт подорвался на растяжке около дизеля, получив густой пучек поражающих элементов прямо в корпус и мгновенно сдох. Одновременно мой резак, исправно обрубив конечность врага, вдруг пыхнул облаком оранжевого пламени — повезло, что давление газа просело после удара, а не сразу перед. Все, нужны новые баллоны. И два последних копейных наконечника превратили двух вторженцев с композитный салат. А вот просвет ворот еще оставался слишком широким.

Раздумывать было некогда, да и в бою голова работает совсем по-другому. Разомкнув ременную систему — недаром я сразу свел весь подвес баллонов и аккумулятора на одну пряжку, я рывком, на пределе сил, проскочил под брюхом у окта, движущегося к двери и выхваченной катаной отсек сразу две задние ноги тому, что нацелилися на двигатель. И тут же пришлось прыгать спиной вперед, уворачиваясь сразу от двух атак и уходя в перекат, которому наконец-то ничего не мешало.

Набранной инерции как раз хватило, чтобы подрезать сзади еще и тут тварь, что почти перебралась через завал из своих товарок перед воротами. Вообще, теперь помещение не казалось уже таким большим — навалили мы врагов прилично. Так, проем уже почти стал непроходим для октов, генератору нужно проработать буквально считанные секунды, чтобы окончательно отрезать им доступ в хранилище. И я знал, как это сделать.

Для понимания: со стороны мои метания выглядели как героический поступок — вроде как я спасаю товарищей, оставшихся без боеприпасов, отчаянно танцуя со смертью. Но на самом деле это был лишь расчет, основанный на понимании пределов своего тела и возможностей врагов. Именно так мастер кейдзюцу умудряется зарезать шестерых напавших на него со всех сторон одновременно. Потому что “одновременно” на самом деле разбивается на “этот чуть быстрее” и “этот чуть медленнее”. Если бояться клинков, идущих к твоей плоти и не доверять без сомнений своей руке и своему клинку — ты просто ничего не сможешь сделать. Эмоции ведь тоже отнимают интеллектуальный ресурс, именно в такие моменты особенно важный.

Еще один прыжок прямо между ног нацелевшегося на меня окта, несколько быстрых резов сзади по тому, что уже занес “челюсти” над мотором — и рывок назад. Идеально. Грохот разрушающегося механизма застал меня уже на полпути к уже сузившейся щели в створках — придется извернуться в прыжке, чтобы пройти боком…

…В наступившей относительной тишине после аварийной остановке дизеля я услышал отчетливое зудение электромоторов. Они продолжали работать, питаясь то ли от сборки конденсаторов, то ли от аккумуляторной подстанции. Еще одна кустарная доработка, призванная компенсировать износившиеся щетки и обмотки электроприводов и скачки напряжения в сети питания — тоже привет из постраспадного прошлого.