Тамерлан. Вопреки всему

Вздрогнув, я еще сильнее прижалась к мужу, откидывая голову на крепкое плечо.

– Я тоже. Очень скучала, – ответила волнительным тоном.

Схватив за запястье, Тамерлан развернул меня к себе лицом. Сначала пристально смотрел в глаза. А затем обхватил лицо ладонями и принялся целовать лоб, щёки, скулы, пока не прикоснулся к губам. Вкус его поцелуя вскружил голову и я пошатнулась. В теле появилась приятная истома, а внизу живота сладко заныло. В подкорке всплыли картинки из прошлого, где мы могли часами упиваться близостью друг друга, утопая в лавине неожиданно нахлынувших чувств.

Я соскучилась по нему. Правда. Намного сильнее, чем когда-либо раньше. Только сейчас понимала, как не хватало его снисходительного тона, надменного отношения, пронзительного взгляда и низкого, прокуренного голоса.

Тамерлан прервал поцелуй и, отстранившись, заглянул в мои глаза. Поджав губы, шумно выдохнул и несколько секунд просто смотрел, будто пытался запомнить каждую деталь моего лица. Его ладонь коснулась щеки. Погладила скулу и спустилась к подбородку. Поддев его пальцем, муж заставил меня поднять голову и встретиться с ним взглядом.

– У тебя что-то было с другим мужчиной? – неожиданно спросил.

– Не поняла, – качнула головой.

– Марк, – через зубы. – Он прикасался к тебе?

Нахмурил лоб и сощурился. Пальцы сильнее вжались в кожу, заставляя испытать весьма терпимую боль.

Покраснев, я отвела взгляд в сторону и проглотила ком, неожиданно поступивший к горлу. Касался, да. И даже целовал, конечно же, не так как Тамерлан, но всё же.

– Влада, не заставляй меня ждать. Да или нет? – чёрные глаза вспыхнули искрами злости, и я ощутила в теле легкую дрожь.

– Да, но ничего не было, – поспешно ответила, на что муж удивленно повел темной бровью.

– А что тогда было?

В голове появились образы. Не хотела вспоминать того психа, но Тамерлан не отступал. Он заставил меня обо всём рассказать, с точностью воспроизвести в памяти каждую секунду, которую я провела наедине с Гончаровым.

К концу исповеди расплакалась, как ребенок. Устроившись на кровати, подтянула колени к груди и зарылась лицом в ладонях. Зачем он так со мной? Я же хотела забыть, выкинуть из подкорки всё, что напоминало о тех страшных днях.

– Котёнок, – его хриплый тембр голос пронесся совсем рядом, но я даже голову не повернула. – Малыш, ну прости. Я не хотел быть резким. Просто мне нужно было узнать правду.

Перестав плакать, я размазала по щекам соленые слёзы и подняла затуманенный взгляд на мужа. Он сидел передо мной на расстоянии вытянутой руки. Видела, как хотел прикоснуться ко мне, обнять, но наткнувшись на мой предупреждающий взор, так и остался сидеть на месте, не шевелясь.

– Узнал? – тихо хлюпнула носом.

– Да. Не плачь. Я люблю, когда ты улыбаешься.

– Ты так и не узнал меня, Тамерлан. Так и не понял, кто твоя Влада, – муж удивленно повел бровью, и я продолжила говорить. – Для меня не существует других мужчин. Одни только мысли, что ко мне может прикасаться кто-то другой кроме тебя, противны до рвотного рефлекса.