Кошка Белого Графа

— Ах господа, что вы как дети малые! — между спорщиками вклинилась баронесса Геральдина и, обернувшись к Дегерингу, уперла ладонь ему в грудь. — Стыдитесь, виконт!

Дегеринг поглядел на ее ладонь, на саму баронессу, молодую вдову в самом соку, затем через ее голову сверкнул глазами на эйланца, словно бы говоря: "Сочтемся", и снова обратил взгляд на баронессу.

— Не смею спорить с дамой, — в его голосе появились воркующие нотки.

Секретарь принцессы презрительно дернул углом рта, но Дегеринг уже не глядел на него. Геральдина держала виконта под руку и тянула за собой, и он шел, ухмыляясь в усы.

Представление было окончено, зрители стали покидать партер, и я выскользнула из покоев принцессы — пока моя наседка не опомнилась.

Прав Даниш: придворная жизнь — не сахар, не пряник и не пирожок с малиной.

Принцессины волшебные сундучки к концу пути оскудели, последние запасы Фреда придерживала для госпожи. И верно поступала. Может, за королевским столом ее высочество и попотчуют по-королевски, но пока дворцовое угощение не радовало.

Определенных планов у меня не было. Неплохо бы отыскать королевские покои и подглядеть одним глазком, как принимает нашу принцессу молодой и красивый правитель Ригонии. Вдруг он ей понравится?

Странное дело: проведя с дочерью вайнорского короля несколько дней и ночей, я уже считала ее своей, а Альрика, короля моей страны, — чужаком, от которого неизвестно, чего ждать.

Но больше всего хотелось просто прогуляться по знаменитому Летнему дворцу, который я столько раз видела на картинах и гравюрах!

Писали, что он не построен, а выращен. Сила лета соединила целый лес в стены и перекрытия, а сила земли заставила их окаменеть.

До сих пор я была уверена, что это просто легенда. Искусный мастер вырежет стебель и лист со всеми прожилками и порами так, что его будет не отличить от настоящего — выдаст только материал. Даже мой отец так умел.

А сейчас я не знала, что и думать. Цветы, оплетающие стены в комнатах принцессы, были бледнее живых и на ощупь — каменные; я их лапой потрогала, даже лизнула! Но на лепестках, на тонких листочках искрились капельки настоящей росы, которые исчезли после рассвета. А еще цветы пахли спящей жизнью, как пахнут озимые под снегом.

Так же пахли стены в коридорах, увитых виноградом и какими-то незнакомыми растениями с мелкими цветочками-звездочками. Цвет был естественный и не походил ни на краску, ни на эмаль, ни на природный камень.

Пол под лапами выглядел как художественный паркет с изысканными узорами, выложенными кусочками древесины разных пород и оттенков, но ощущался как гладкий камень.

И еще одна странность: во дворце было тепло, но я не видела ни печей, ни телогреев. Как они отапливают такие просторы?

Раздумывая об этом, я не забывала уворачиваться от встречных людей. Это когда я была черной и шныряла по дворам и проулкам, меня никто не замечал. А сейчас едва ли не каждый отпускал какое-нибудь замечание, норовил погладить и потискать. Один разряженный молодчик хотел наподдать мне сапогом и разразился хохотом, когда я подпрыгнула и бросилась бежать.