Застрявшие. Искупление

Ева была возмущена, она и думать не хотела о том, что может проиграть, считая, что так она только увлечёт за собой этот посыл и ничего не получится.

– Дай-ка подумай, – наигранно ответил Марк. –Заклинание, которое мы накладываем в первые раз, чокнутый убийца Дхармов, чьей целью являешься ты и твоё нездоровое желание его убить, – он загибал пальцы один за одним. – Действительно, что может пойти не по плану!

Мужчина срывался на крик, одна мысль о том, что с ней может что-то произойти – не давала ему покоя.

– Маркус, это действительно лучший план, который может быть, – на сторону Евы встала Диана.

– Хотя бы один здравомыслящий Дхарм, – выругалась Уварова.

– Да вы просто обе чокнутые, помешавшиеся на желании убить Влада, – кричал Маркус.

– Сам давно перестал таким быть? – с огромным количество злости и ненависти, произнесла Ева.

Но это чувство пропало в ту же секунду, как она завершила свою фразу, девушка обескураженно раскрыла рот, собираясь извинится за сказанное, но он лишь посмотрел на неё с ног до головы и исчез. Все молчали, Неф смотрел на неё с маленькой долей осуждения, ему не хотелось так говорить о ней, но он знал насколько больно было Маркусу слышать подобное именно от неё. Раздался звук приходящего СМС, Диана достала телефон.

– У нас есть два часа до встречи, – произнесла она.

Ева сжала кулак, стиснула зубы и перевела взгляд на Диану.

– Морок мы наведём и наведём мы его на меня, приготовьте заклинание, – она посмотрела на книгу. – Я поговорю с ним.

Она удалилась и направилась в их комнату, Неф кивнул рыжеволосой и начал вчитываться в ингредиенты. Дана последовала его совету и начала помогать, оба понимали, что это риск, огромный, но одна желала победы, а второй уважал чужие решения, даже если они порой могут быть ошибочны. Ему хотелось противопоставить что-то Еве и он хотел это сделать, но Маркус его опередил, теперь это война блондин, он забрал у него право на участие.

***

Марк стоял в ванной комнате, смотря на себя в зеркало, ненавидя себя, это возвращалось к нему с новой силой. Казалось, давно побеждённый страх, опасения – были реализованы одной её фразой, словами о его прошлом, о его ошибках, которые он, как считал, начал искупать. Злость и ненависть захлестнули разум, эмоции взяла вверх, начиная уничтожать его, душить и медленно убивать.

Удар о зеркало, осколки начали падать вниз, порез зажил, но кровь уже окрасила раковину и стену. Это заставляло ощущать себя ещё большим чудовищем, дальше для него всё было в тумане. Вещи летели с полок, всё, что можно было сломать или разбить ломалось раз за разом, оставляя лишь осколки памяти на полу. Не завершённая картина отлетела в сторону, вместе с красками и палитрой.

Он не достоин, он не способен, он не заслужил того, что было у него с ней. Его невозможно любить, невозможно простить или понять, это что-то жестокое, недосягаемое и не расположенное даже к малейшему пониманию. Именно эти мысли играли в его голове, заставляя вновь видеть ужасы своей жизни, то, что он творил, это убеждало с каждой секундой, что все были правы, все включая Каспара, Матильду, Анну, Ткачёва старшего и младшего, они все видели то, что, что не видел или не хотел видеть он. У него нет пути назад, он не изменится, ничего его не изменит, он останется один.