Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 2
- Автор: Призывающий Оро
- Серия: Главный наследник НЕ скрывает свою силу #2
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 2». Краткое содержание книги:
Старший сын и наследник великого клана Распутиных…
«Да он же сознанием как девятилетний ребёнок!» — сказали киллеры, узнав о новом заказе.
«Да он же сознанием как девятилетний ребёнок!» — повторили родственники, узнав, кто их новый глава клана.
«Да он же сознанием ИДИОТ!» — воскликнула его невеста, родители которой забыли в своё время разорвать помолвку.
И только я — тот, кто находился в его теле — понимал: Я НЕ БУДУ СКРЫВАТЬ СВОЮ СИЛУ.
Отец распластался по каменной стене; его лицо застыло в гримасе подлинного ужаса, любые слова замерли в горле. Поводя в воздухе ножом, я подошёл к нему почти вплотную. Да уж, наверное, ауру ненависти и гнева, что исходила сейчас от меня, можно было ощутить физически.
— …даже если вас зарежешь, как собак, — закончил я. — Всё, что вы понимаете — это страх.
Мой язык медленно, демонстративно прошёлся по лезвию ножа, слизывая вязкую кровь.
— Поэтому и воспитывать такие ублюдки, как ты, могут лишь через страх, — я с улыбкой вытянул руку и указал на превращённое в кровавую мочалку тело. — Ну, как? Этот кусок мяса сделал меня мужиком?
Отец лишь молча глядел мне в глаза, не в состоянии ни сказать что-либо — ни отвести взгляда.
— Я спросил, — выплюнул я, — сделал ли он меня мужиком? И будь столь любезен, уточни, на каком именно моменте. На почках или на селезёнке?
Отец раскрыл рот, но лишь молча глотнул воздуха, когда я шагнул ещё ближе; дёрнувшись вбок, он потерял равновесие и, упав, принялся нелепо отползать.
— Что же ты? — я продолжал улыбаться, глядя ему прямо в глаза. — Это именно то, во что ты так мечтал превратить собственного сына. Надеюсь, тебе нравится.
…так дала ли мне что-то та история с супом?
Пожалуй, да. Со временем. Дала понимание того, как мыслят подобные мудаки.
Вина? Она ушла с пониманием того, что глупо винить себя за то, что ты не стал грёбаным монстром, которого хотел видеть в тебе твой отец. За то, что ты не дал садисту реализовывать через тебя свои больные комплексы.
За любым желанием «сделать тебя лучше», «воспитать из сына мужика» кроются лишь чьи-то тараканы в голове и ограниченные садистские фантазии. Не поддаться на это не значит быть трусом или тряпкой; не поддаться на это значит остаться собой. Проявить силу и не стать монстром, которого из тебя хотели вылепить, несмотря на всю вину, которую тебе же хотели навязать.
Я кинул ещё один взгляд на отца. Трясущийся, бледный, с выпученными глазами.
Жалкий.
Все они жалки, если содрать с них тонкую шкурку бравады и показать, что они не самые сильные здесь.
Швырок; нож завибрировал, с силой вонзившись в каменный пол — я же, больше не оборачиваясь ни на что, просто вышел за дверь. Здесь мы закончили.
Последнее, что я ощутил перед тем, как Оттиск начал распадаться — то, что пацан, в чьём теле я находился, больше не испытывает ни капли страха перед отцом.
…реальность встретила меня неприветливо; озноб и жар одновременно, а главное — подкатывающая к горлу тошнота. Несколько секунд — и я, согнувшись пополам, принялся неудержимо блевать.
Нет, воспоминания о супе не при чём — они уже давно не вызывали у меня такой реакции. Просто это значило, что я достиг предела. Первый этап Огранки завершён.
Вернее, почти завершён. Словно… я подошёл к самой границе. Оттиск довёл меня до этой границы, но перешагнуть её я должен сам. Не хватает лишь последнего толчка.
…когда лежишь, согнувшись, и блюёшь на пол перед собой, сложно воспринимать реальность вокруг. Пожалуй, в эти короткие пару минут я не реагировал ни на что.
И лишь извергнув из себя всё, что было, я поднял взгляд.
Так. И откуда взялась эта девушка, что стоит передо мной, округлив глаза?
* * *
Аннабель не любила смотреть на себя в душе. Ассоциации не те. Возможно, для большинства обычных девушек её внешность была бы пределом всех мечтаний, но мать всё равно видела в ней кроненберговскую тварь.
Что и говорить, Арина Астрид была ужасной матерью — даже для человека, председательствующего в Совете тёмного культа. Вечное пренебрежение дочерью, муштра и придирки по каждому поводу. Требование быть лучшей из лучших — всё, что ниже первого места, есть провал.
Сегодня мысль о том, как легко подвести мать, были особенно сильны. Легко сказать — убедить госпожу Рюдзин взять её в ученицы, да ещё не выдав при этом принадлежности к культу. Одно хорошо: в этой школе будут одни лишь девушки. С парнями Аннабель себя вести практически не умела — ну, если не считать озлобленности на них в счёт компенсации.
Дверь женской душевой раскрылась.
А вот такие моменты она любила. Неподвижно, не издавая ни звука и сощурив глаза, она следила за парнем, входящим внутрь. Это уже далеко не первый раз, когда идиоты, особенно новенькие — этого парня она прежде не видела — косят под дурачка, якобы случайно заходя сюда. Ей нравилось видеть, как сальный взгляд перестаёт быть сальным. Нравилось видеть боль на их лицах. Нравилось слышать в коридорах новые слухи о том, сколько теперь проваляется на больничной койке очередной похотливый придурок.