Госпожа чародейка [СИ]

Впрочем, наедине с собой я могу быть откровенной – мастер мне нравится. Очень. Мне приятны его улыбки, случайные прикосновения, горячие взгляды. Нравится, когда он целует мои пальцы и разговаривает своим бархатным голосом. А еще у него шикарная улыбка и потрясающий заразительный смех. Ох…

И мне даже жаль, что если я и сделаю шаг ему навстречу, ничего путного из этой интрижки все равно не выйдет.

То, что он оказывает мне знаки внимания, понятно и вполне логично – если к одинокому мужчине подселить молоденькую девушку, рано или поздно он ею заинтересуется. При условии, конечно, что у него нет проблем с физическим и психическим здоровьем, а у мастера, насколько я могу судить, с этим все в порядке. Эрик Дорн – мужчина во всех отношениях шикарный, вот только мне совсем не улыбается из ученицы, которая в некотором роде равная ему, становиться одной из многочисленных любовниц. То, что одной из многочисленных – без сомнения, вряд ли я окажусь для него интереснее магии, а это очень претит моему самолюбию.

Честно говоря, мне и самой стабильные отношения сейчас ни к чему. До конца практики осталось чуть больше года, затем я планирую всерьез заняться карьерой (читай – самореализацией), а ей, скорее всего, придется посвятить все свое время, за вычетом нескольких часов на сон и еду. Такого ни одна любовная связь не выдержит. Я, конечно, не собираюсь подобно Дорну становиться старым холостяком, однажды надеюсь и выйти замуж, и родить детей, но все это – потом.

Как же здорово, что мастер не стал вчера выяснять отношения, ведь одни боги ведают до чего бы мы тогда договорились. Правда, тут встает вопрос – как же мне теперь себя с ним вести? Игнорировать знаки внимания, отказаться от совместных обедов и прогулок? Не вариант. Вообще. Сделать вид, что я – недоразвитая идиотка и ни разу не поняла его намеков? Хм, а это идея. И будь что будет.

Собственно, с этой мыслью я и заснула – уже ближе к рассвету, чтобы через два часа проснуться и с гудящей головой отправиться на пробежку.

Во время завтрака ко мне в гости заявился Дорн, и выяснилось, что ночью я, как и всегда, накручивала себя зря. Чародей вручил мне большое блюдо с тонкими ароматными блинчиками (большую часть из них, к слову, наставник в последствие сам и слопал) и повел себя так же, как и обычно: шутил, улыбался и рассказывал всякую смешную чепуху. Время от времени, правда, бросал на меня странные непонятные взгляды, но я делала вид, что их не замечаю, и тоже вела себя так же, как и всегда.

Потом мы вместе отправились в лабораторию, а после обеда (опять же совместного) я до самого вечера засела за заполнение журналов и составление ежеквартального отчета о своей работе в качестве местечковой колдуньи.

В последующие дни моя жизнь в особняке Дорн текла тихо и спокойно, без серьезных происшествий, неудобных разговоров и целования рук. При этом в какой-то момент я с некоторым удивлением отметила, что мы с мастером стали друг к другу еще ближе, чем были. Если раньше мы много времени проводили вместе, то теперь рядом друг с другом находились ВСЕ время. Разве что ночевали в разных комнатах и порознь принимали душ. Зато доступ на территорию наставника для меня стал свободным, отвары и снадобья для пастухов мы теперь варили по очереди и в лаборатории мастера, заклинания и пассы, которые Дорн задавал мне «на дом», отрабатывала в его же присутствии. Мы даже бегать по утрам стали вдвоем, правда, не по дороге к Дорфу, а по другой, более извилистой, ведущей к горам.