Усё

Есть она не хочет. Кутиков покормил ее роллами с авокадо. А интонация! Он! Ее! Роллы!!!

– Какая щедрость, – замечаю я.

Она улавливает в голосе усмешку.

– Да ладно тебе.

За окном ночь. Тишина. Дым подбирается к звездам.

– Устала?

– Не. Выпила пару энергетиков.

Закуривает снова.

Двадцать блоков Голуаза осталось от старушки. И еще рыбные лососевые консервы. Мы курим ее сигареты, но консервы не едим. Они на исходе срока годности. Мы выбросили мебель, но выбросить еду не позволяет ген побывавших в голодоморе предков. Мы ждем, когда рыба стухнет, банки вздуются и взорвутся. Мы живем на минном консервном поле. Приговоренный имеет право на сигарету. Я представляю новостные заголовки:

Рыбные консервы убили двух человек.

В жилом доме на улице Новикова-Прибоя взорвался лосось.

– Выпить есть? – смущенно спрашивает Крис.

– Вино будешь?

Открываю чилийское. В Билле была акция, один плюс один, я купил четыре. Я видел в Билле рыбьи головы. Головы семги лежали на прилавке рыбного отдела на белых подносах упакованные в пленку. Женщина взяла одну голову и положила в красную корзину на банку горошка. Я стоял за ней в кассу. По черной ленте реки плыли бутылки вина и голова семги.

– Я ему все рассказала, – говорит Крис, сделав глоток.

– Кому?

– Ему.

– Зачем?!

– Не знаю. Мы так хорошо общаемся. Мне казалось, он догадывается.

– И что? Догадывался?

– Нет.

Лицо такое виноватое и одновременно лукавое, не сказать – озорное. Такая привлекательная гремучая смесь.

Я качаю головой. На сердце делается неспокойно.

– Он нормально воспринял.

– Нормально?

– Да. Мне теперь легче.

Ох уж эта ее искренность. Сам я не склонен доверять людям. Доверчивость Крис внушает мне опасения, но я молчу. Повезло, наверное, думаю я, стараюсь так думать, нормальный попался. Она теперь зовет его про себя Кутя.

– Ты там не влюбилась часом? – спрашиваю отечески строгим тоном.

– Не-е-е. Просто хороший мужик. Он мне нравится. Столько для меня сделал.

– Столько?! Сколько?! На работу тебя взял?

– Да, – кивает, – и относится хорошо.

Я тоже в некотором смысле начальник, возглавляю отдел продаж. Но с подчиненными, их правда немного, я сдержан и строг. Вести с ними откровенные беседы мне не приходило в голову. Возможно, у нас не слишком дружный коллектив. Однажды сверху на нас спустили тимбилдинг, чтобы мы работали дружнее и лучше. Я превратился в личность непригодную для тимбилдинга еще в автобусе по пути в подмосковный пансионат «Сказка», где нас ждала насыщенная программа с творческими конкурсами и эстафетами. Приговорив бутылку портвейна, я плюнул в глаз каждому, пытаясь произнести слово «эстафета». В первый же вечер, последовав моему примеру, народ наклюкался и разбрелся по лесу. Тем не менее, хоть и ненадолго, но результат тимбилдинга был достигнут. Коллектив сплотился через совместное распитие крепких напитков, блуд и поиски пропавших, которые я в отчете назвал квестами.