Письма механическому сердцу (СИ)
- Автор: stellafracta
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Письма механическому сердцу (СИ)». Краткое содержание книги:
Еще мгновение – и он уже обхватывает ладонями ее лицо, целуя в губы, а де Блан в недоумении замирает, выпучив глаза, с невысказанной фразой на устах, утонувшей в однозначном поцелуе.
Силко отстраняется, убирает руки, но не спешит делать шаг назад. Они смотрят друг другу в глаза, и очередное ругательство так и не слетает с губ Алекс – теперь она привлекает мужчину к себе, впиваясь в его рот, и причудливый пазл, наконец, собирается воедино.
Оказывается, «мы» это так просто!
========== 11 ==========
Длинные галереи Академии были залиты солнечным светом, проникавшим через высокие окна, лучи отражались от светлого камня, и пылинки трепетали в воздухе.
– Здравствуйте, Профессор! – раздавалось отовсюду. – Доброе утро, Профессор!
Алекс де Блан отвечала на каждое приветствие, но уверенно шагала вверх по коридору. В вечно холодных руках, прижатых к груди, какие-то книги – женщина по некоторой причине не могла вспомнить, какие, но это было не важно, – на бледном лице полуулыбка предвкушения.
Она искала Виктора. Она хотела сообщить ему нечто важное и, непременно, радостное, – однако в тот момент не могла припомнить, что именно.
Ничего, когда она увидит его, все встанет на свои места.
Но Виктора нигде не было. Алекс заглянула и в библиотеку, и лекционные залы – в каждый по очереди, – и на кафедру, где по обыкновению обитал преподавательский состав во время перерывов в работе… Женщина не сдавалась. Не мог же он исчезнуть, в конце концов!
Лаборатория! Догадка осенила ее мысли стремительно, и так же стремительно, почти переходя на бег, де Блан направилась в нужном направлении. В грудной клетке трепыхалось сердце, то замирая, то ускоряя ритм, и она толкнула высокие створки.
– Виктор! – окликнула она его.
Он сидел за столом, спиной к двери, он обернулся. Каштановые волосы, слегка растрепанные и лежавшие хаотичными волнами, осунувшееся лицо, с подглазинами и запавшими щеками… Это несомненно он – и будто бы не он.
– Виктор! – повторила де Блан, вложив в голос еще больше нетерпения и любви, дабы смягчить, как ей показалось, его равнодушие.
Он глядел на нее янтарными глазами – но будто смотрел насквозь. Обычно все иначе…
– Я еле тебя нашла, – с растерянной улыбкой произнесла Алекс.
– Я был занят, – отозвался он.
Вздох изумления вырвался из груди женщины. Этот голос… странный, искусственный, чужой… мертвый.
Как у роботов, которых они создавали на занятиях во время учебы.
– Виктор, что с тобой? – воскликнула Алекс, кладя книги на стол, чтобы освободить руки, беря в ладони родное лицо.
Она приподняла его подбородок, гладила по спутанным волосам, растерянно ловя ртом воздух.
Прикосновения к его коже пульсировали в ладонях, но для полной картины словно чего-то не хватало. Это было странно и жутко.
Когда ледяная кисть Виктора сомкнулась на запястье де Блан, она в изумлении вскрикнула.
Это была механическая рука, безжизненная, с правильной анатомией стальной машинерии.
– Я должен продолжить работу, – строго сказал Виктор.
– Нет, нет, нет… – бормотала де Блан, вовсе не думая отнимать ладони, начиная ощупывать остальные части тела, металлическиу шею, плечи, руки.
Пальцы хватались лишь за острые холодные выступы стыков деталей. Где ее Виктор, где острые лопатки, рельефы мышц под кожей, солоноватый запах пота и мыла?
Слезы заструились по щекам Алекс. Мужчина тем временем поднялся из-за стола, отнимая ее руки, по-прежнему вцепившиеся в широкие плечи.
Он был огромным – двухметрового роста, закованным в сияющий стальной панцирь, атлетического телосложения, и вовсе не желал обнять ее в ответ.
– Что это?! Что ты сделал?!
Мужчина был равнодушен – так, словно у него вмиг забрали всю человечность и чуткость, оставив лишь глубину янтарных глаз, обманным путем заставляя Алекс думать, что он – ее Виктор.
Она уже колотила, пусть и несильно, в его механическую грудь, пытаясь достучаться до сердца, но с каждой секундой Алекс осознавала – там уже нет сердца.
Она что-то говорила, ругалась, кричала, но он оставался безмолвным и равнодушным, терпеливо ожидая, пока иссякнет поток ее горестных проклятий.
– Зачем ты это сделал?!
– Чувства делают нас слабыми, – наконец, ответил он. – А теперь я ничего не чувствую.
Алекс проснулась, давясь слезами и криками. Какой же он дурак!
========== 12 ==========
Силко едва сдержался, чтобы не провести ладонью по холодной коже, вдоль бедра, талии, реберных выступов, и не прижал ее к себе, чтобы потом с упоением вдохнуть сладкий запах волос – пусть и очень желал… Он не хотел тревожить Алекс, он не хотел ее разбудить.
Последнее время она была сама не своя – если не брать во внимание, что де Блан всегда вспыльчива и беспокойна. Эти научные работы пилтоверских академиков ее утомляют, с каждым днем она все больше уходит в собственные мысли и лишь растерянно улыбается, когда он или Джинкс отвлекают ее от бумажек.
Она восстановилась в Академии и решила продолжить исследования. За несколько месяцев она получила квалификацию, дистанционно, не рискуя появляться в столице, тщательно скрывая свою связь с подпольными группировками… Силко удивлялся ее настойчивости и упорству.
Ее связи на поверхности по-прежнему позволяли достичь всего, что угодно.
Силко ей восхищался – и давно уже признал, что практически с самого начала дело было не в расчете. Она была идеальным партнером – и более того, она была женщиной, которую он любил.
Он практически сразу отдал ей свое сердце – без колебаний, без страха, он выбрал ее, потому что у него не было ни капли сомнений.
С ней непросто… Но в этом тоже есть своя прелесть.
Она, возможно, единственная, кто ладил с Джинкс. Они могли часами засиживаться за хитроумными механизмами, мастеря игрушечные бомбы и хлопушки, Матерь-Кошка и девушка с синими волосами даже были в чем-то похожи.
Только недавно Силко рассказал Алекс о том, что Джинкс не его родная дочь, и что он после некоторых обстоятельств забрал к себе осиротевшее дитя своего старого приятеля.
То, что он убил этого самого приятеля, отомстив за предательство, Силко тоже сказал. Алекс лишь округлила темные глаза и посетовала, как же все, оказывается, запутанно – и он был благодарен ей за понимание. Он знал, что она не осудит его, он знал, что она, подобно голосу его собственной совести, видит картину шире, но выбирает его сторону…
Потом они по обыкновению занялись любовью в его кабинете, погружаясь друг в друга, забывая обо всем.
Как-то Алекс призналась, что встретив его, она обрела себя заново – что она вновь начала чувствовать, она вновь смогла любить. Де Блан не лгала – он ощущал ее любовь в каждом вдохе, в каждом ударе механического сердца в реберной клетке, в каждом ее прикосновении.
Если бы он не знал, он бы думал, что она вся из плоти и крови – а не частично. Силко не пугала завораживающая комбинации механизмов и тканей тела, его это, в некоторой мере, возбуждало еще сильнее… Когда ты внутри женщины и ты буквально видишь насквозь, как лихорадочно стучит ее сердце и как оно гоняет кровь по ее венам; как она дышит, как сжимается и разжимается каждая мышца, сцепленная с рычагами и шестеренками.
Но сейчас он словно терял ее… Предчувствие – тягостное и неприятное – одолевало Силко, но он гнал мысли прочь, не желая прощаться с привычным и родным.
Он, наконец, привлек спящую рядом Алекс к себе, уже накрыв их обоих одеялом, жалея, что больше не может любоваться ее светящимся в полумраке телом, сквозь полупрозрачную кожу которого пульсировали фиолетовые дорожки. Он поцеловал ее в шею, прислоняясь грудью к ее спине, но она чуть отклонилась назад, приоткрывая губы в полудреме.