Мир, который построил Хантингтон и в котором живём все мы. Парадоксы консервативного поворота в России
- Автор: Будрайтскис Илья
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ООО «ЛитРес», www.litres.ru
- Жанр: Политика
Электронная книга - «Мир, который построил Хантингтон и в котором живём все мы. Парадоксы консервативного поворота в России». Краткое содержание книги:
В наши дни всё более явный распад существующего общества политический разум буржуазии пытается остановить через мобилизацию идеологии ценностей индивидуальной самореализации и свободного выбора. Предвыборная кампания Хилари Клинтон, и британский мейнстрим, агитировавший за Remain, постоянно повторяли как заклинание: всё в порядке, всё не так плохо, главное оставаться разумным, не скатываться в идиотизм. Ведь только неполноценный идиот может думать, что не всё идёт к лучшему в этом лучшем из миров.
В то время как либеральный истеблишмент твердит о ценностях Просвещения, которые нуждаются в защите, консерватор выступает как возмутитель спокойствия, ниспровергающий мораль и отбрасывающий всякие приличия. Несложно заметить, что оглушительный успех Трампа в большей степени основан не на риторике семьи, морали и традиций, но на агрессивном, вызывающем цинизме. Бунтующий консерватор не будет соблюдать правила этикета и пытаться делать вид, что ничего особенного не происходит. Напротив, он превратится в воплощённое свидетельство того, что мир катится к чёрту. Это преимущество консервативного цинизма над нормализующим и соблюдающим общие правила игры консерватизмом ценностей было ясно видно на республиканских дебатах, где Трамп в итоге переиграл остальных кандидатов, которые постоянно морализировали и цеплялись за религию. Консервативный циник называет вещи своими именами, подрывая иллюзию стабильности.
Стоит заметить, что Владимир Путин также обязан популярности своего публичного образа не верностью «православным традициям», но жёсткому реализму и циничным шуткам. В путинской России вообще вся государственная политика моральной дисциплины (официальная гомофобия, ограничение абортов и т. п.) служит не действительной реставрации в обществе «традиционных ценностей», но наоборот, постоянному повышению общего градуса цинизма. Патриотические бюрократы посылают своих детей учиться в Лондон, а православные депутаты веселятся на закрытых гей-вечеринках. Им позволено делать то, за что они осуждают других по одной простой причине – они находятся на высшей ступени социальной лестницы. Это «голая правда», дополнительным уроком которой служит каждое двусмысленное действие господствующих классов.
Для того чтобы одержать победу над современностью, консерватору необходимо сорвать с неё моральный покров, сделать явным неявное неравенство. Заставить всех принять как данность именно это подлинное неравенство, а не его стыдливое либерально- демократическое прикрытие – вот подлинная историческая задача консерватора. Настоящая моральная революция консерватизма, настоящие «back» и «great again», осуществятся лишь тогда, когда мораль Просвещения будет вывернута наизнанку и похоронена. Можно сказать, что циничный консерватизм становится политической результирующей эпохи неолиберализма. Он превращается в исторический материализм, перевёрнутый с ног на голову, призывая нас признать материальные, действительные отношения господства и подчинения не для того, чтобы их изменить, а для того чтобы с ними раз и навсегда смириться. Вместо морали, неизбежным следствием которой является переживание вины (пусть и насквозь фальшивой) за своё сколько-нибудь привилегированное положение (например, белого рабочего перед мигрантом), новый цинизм предлагает принять его как повод для удовлетворения. Бунт против навязанной неискренней вины превращается в искренний бунт против любых форм солидарности.
Исторически социалистическое движение, опиравшееся на рабочий класс, также делало ставку на отвержение буржуазной морали. Тогда как консерваторы разоблачали формальное равенство ради формального неравенства, социалисты, наоборот – ради фактического равенства. Социальные катастрофы и политические поражения XX века, однако, лишили современных левых этой наступательной антиморальной позиции. Сегодня они в большей мере склонны цепляться за призрачную политику ценностей, уступая консерваторам место главных возмутителей спокойствия. Успех кампании Берни Сандерса состоял именно в том, что он выступал в качестве обличителя и сеятеля смуты, постоянно употребляя непривычные и будоражащие воображения слова, такие как «социализм» и «революция».