Одержимый ее отражением

— Это ее вещи? — холодно спросила я, готовая сорвать с себя халат в любую секунду.

Мэтт потянулся ко мне рукой и из-за воротника достал бирку.

— Все ее вещи находятся в ее комнате. Я бы не дал тебе ее вещи, — ледяным тоном говорил Лэрд. — Это все твое. Распоряжайся этим как хочешь, — сделал паузу. — А сейчас, лучше лечь спать. Мне завтра рано утром нужно быть в офисе. После обеда я за тобой заеду, поедем делать тебе преображение.

Направился к кровати, начиная расстегивать рубашку, а я отвернулась. Не хочу смотреть на это ничтожество, которое измывается над ни в чем не повинной женщиной.

— Мне нравится моя прическа, — да обычная она, нет такого ужаса о котором он говорит. Не хочу я себе такую завивку как у его бывшей. — Зачем тебе все это? Хочешь сделать из меня ее? — зло усмехнулась. — Так я и так на нее похожа. Или ты хочешь воссоздать попиксельный образ?

Он промолчал.

— А что на очереди твоих извращенных желаний? Заставишь выйти за тебя замуж? — черт его знает, что у этого ходячего безумия на уме.

— Я на тебе не женюсь, — глухо прозвучало из его уст, и я повернулась к нему. — Можешь не думать об этом, — монстр лежал в постели, прикрываясь по пояс легким серым одеялом, демонстрируя свое идеальное на вид тело. Как жаль, что все плохое, что находится в душе, не отражается внешне. Тогда бы люди не доверяли свои жизни и чувства таким как он. — По-хорошему прошу, ложись в чертову постель.

Кровать большая, и если я лягу на самый край, то возможно и не буду чувствовать его так близко, как мне кажется.

Осторожно подошла к кровати и легла прямо в халате, укрывшись краем одеяла.

— Чего ты хочешь за добровольное согласие, Вивиан?

— Что? — приподняла голову с подушки. — О чем ты?

— Что ты хочешь за добровольный секс? Я не насильник, — а задатки есть. — Мне бы не хотелось делать это с тобой в таком тоне. Потому спрашиваю, чего ты хочешь?

То что я хочу, он дать мне не сможет. Это противоречит его желанию.

— Мне ничего от тебя не нужно, кроме одного.

— У всего есть цена, — не удивительно слышать это из его уст. — Назови сумму, и ты ее получишь, когда мы расстанемся.

— Значит, ты все-таки точно знаешь, что отпустишь меня?

— Скорее всего, — такой себе ответ. Никакой ясности. — Тебе не будет так плохо, как ты думаешь. То, что произошло в той комнате… этого больше не повторится.

Ни единому его слову не верю. Он псих. Сейчас у него помутнение рассудка, а потом он скажет что я его спровоцировала. Он найдет причины и объяснение своим поступкам.

— Я никогда не позволю тебе прикоснуться ко мне по своей воле, — процедила сквозь стиснутые зубы. — Еще есть вопросы?

— Ладно, с этим потом разберемся. А вопросы… скорее указания. Ты сможешь выходить из дома, но только с охраной, — прям удивил. — Когда тебе захочется, но только не в то время, когда я захочу тебя видеть. — рабство. — Охрана тебе необходима. Если попробуешься сбежать, себе же хуже сделаешь. И дело тут не только во мне.