Дресс-код летучей мыши [litres]

– Сначала юбку натянет, расстроится: «Я похожа на жирную кучу» – и бросит ее на пол. Наденет джинсы… Раз пять-семь так.

Я засунула голову в ванную.

– И тут полный порядок. Может, Крис скрылась вчера поздно вечером?

– В начале первого она мне написала на Ватсап… – начала Поля и достала телефон, – вот, гляди: «Умираю, хочу спать. Разбуди меня в пять сорок. Чмок». И Никита сказал, что ее машина стоит под навесом.

– Ну-ка набери еще раз номер сторожа, – попросила я, – дай мне трубку.

Поля протянула айфон:

– Держи.

– Здрасте, Степанида, – произнес Никита в ответ на мое «доброе утро».

– Скажите, такси приезжало к воротам? Вчера поздно вечером, ночью или сегодня ранним утром? – спросила я.

– Нет, – ответил охранник.

Я вернула мобильный Полине.

– Если Кристи нет на третьем этаже, значит, она легла спать в другом месте. Почему?

Поля подергала носом.

– Духи «Ночь в Мавритании». Их производит фирма «Бак», где ты руководишь стилистами.

У меня засвербело в носу.

– Профессиональная этика предписывает хвалить всю продукцию, которую выпускает Роман Звягин.

– Твой муж – гений, – воскликнула Поля, – он прекрасно понимает, что может понравиться женщинам.

– Верно, – согласилась я, – но наш парфюм «Ночь в Мавритании» действует на меня убийственно. Тяжелый, душный, приторный. Покупатели разделились на две группы: одни в полном восторге, готовы обливаться духами и туалетной водой с головы до ног. У других полное неприятие этого аромата.

– Уж извини, я ненавижу этот парфюм, – призналась Полина, – как только вошли сюда, я унюхала его, сразу голова заболела. Я подумала, что ты им пользуешься, поэтому молчала.

Я чихнула.

– Ага. Я ничем не пахла на первом этаже, а на третьем завоняла. Запах ввинтился в нос, меня тошнит. Значит, ты тоже не фанатка «Ночи в Мавритании».

– Фу, нет, – передернулась Полина.

– Теперь понятно, почему Кристина не легла спать в своей комнате, – протянула я. – Пару месяцев назад она забежала ко мне на работу, хотела выбрать духи в подарок матери. Попросила показать все новенькое. Когда дело дошло до «Ночи в Мавритании», я дала ей тестер и сразу пожалела, что сунула подруге под нос блоттер[3]. У Кристи глаза заслезились, насморк начался, кашель. Хорошо, что у нас в аптечке антигистаминные препараты всегда есть.

– Она за ужином рассказывала, что чуть не задохнулась, нюхая тестер, – кивнула Полина, – у нее аллергия началась. Ну кто мог навонять в ее спальне? Ой, Степа, прости, я имела в виду, кто так сильно надушился, что в комнате стоит…

Полина замолчала.

– Стоит вонь, – договорила я за нее, – даже у моего мужа бывают неудачи. Не стесняйся, я знаю, что «Ночь в Мавритании» отвратительна.

– Духи нам не нравятся, а кто-то от них в восторге, – встала на защиту Звягина Поля.

– Кто у Барсовых любит этот парфюм? – осведомилась я.

– Юра пользуется лосьоном с цитрусовыми нотами, – объяснила Поля, – дядя Витя тем, что вообще без аромата. Тетя Анюта не переносит резкие запахи.