Тайна старого Сагаморы

Однажды, когда солнце не успело обойти и несколько кругов, один из воинов, углубившись во время охоты на север, наткнулся у истоков реки Канаваха на стоянку белых. Подойдя незаметно к лагерю и укрывшись за обрывом скалы, увидел он, как бледнолицые, копая землю, промывают ее в металлической посуде, и понял — они ищут желтый металл.

Не теряя времени, охотник уведомил об этом старейшин племени. Всполошились люди в индейских типи. Но прошло жаркое лето, снежная зима сменила красочную осень, а белые держались близко у ручья, не приближались к территории чироков. И все же, опасаясь неожиданностей, Совет Старейшин, куда входили вожди Черная Туча, Белый Корень и Острый Коготь, решил выслать, как только наступит весна, разведчика-следопыта по имени Рваный Ремень, чтобы не выпускать из поля своего зрения лагерь белых.

Прошло несколько весенних дней, которые сменило столько же ночей, и в лагерь вернулся измученный и запыленный гонец. Конь его, как и хозяин, едва держался на ногах. Войдя в шатер Совета, где уже собрались старейшины племени, Рваный Ремень, сдерживая дыхание, остановился. Воину не пристало выставлять напоказ свою усталость и взволнованность. По знаку одного из вождей он приблизился, сел у огня на специально предоставленное для него место, не спеша закурил трубку с каникеникином,[7] пустил пару раз дым в огонь. И наконец, когда легкие наполнились ароматом дыма, заговорил, сопровождая слова частыми жестами:

— Много дней и ночей провел я вблизи лагеря белых. Глаза мои следили за каждым их движением, и ничто не прошло мимо моего внимания. Днем я был орлом, ночью совой. Я смотрел за ними каждый раз с разных сторон, а ноги мои мелькали по скалам, как крылья нетопыря в воздухе. Белые изо дня в день рыли землю и полоскали ее в воде.

Два дня назад, когда белые ушли к ручью, а я был занят осмотром их деревянного типи, до меня донесся крик. Это был крик радости. Через минуту со стороны ручья показался мужчина. В руках он держал кусок желтого металла величиной в два моих кулака. На его крик прибежали еще двое белых. Они начали так же кричать, смеяться и прыгать, обнимаясь, словно дети. А потом начали совещаться. Но совещание их не было мирной беседой. Я увидел это по сжатым кулакам, по голосам, громким и злым. Продолжая кричать, они принялись поспешно собирать свои вещи, так же поспешно оседлали коней и направились к Великим Долинам.

Я шел за ними до самых берегов реки Джамес, а когда солнце пошло спать, повернул своего мустанга и помчался, как ветер, чтобы, не растеряв по дороге, донести до вас слова, которые слышали ваши уши… Хау!