Турецкие народные сказки (второе издание)

Рисуя свой волшебный мир, турецкая сказка все же остается при этом турецкой. Все эти дэвы, пери, арабы и пр. действуют в такой обстановке, что перед читателем развертывается старая средневековая Турция во всей ее широте.

Существует любопытная пословица, характеризующая социальный порядок старой Турции[15]: «дворец — это для падишаха, конак — это для эфенди, мечеть — это для суфия, баня — это для кюлъхан-бея (бездомного. — Н, Д.)». И в сказках действительно представлена вся Турция: от дворца до бани, в которой находили себе ночлег бездомные и нищие.

Дворцы, кона́ки и кёшки (за́мки) с роскошными бассейнами, в которых купаются падишахские харемы, «собственные падишахские» тенистые сады, розовая вода, лукум и шербет, золотые кувшины для воды, падишахская охота, придворные, стоящие перед падишахом «в почтительной позе» (по этикету), или люди, припавшие «к поле» падишаха, чтобы вымолить себе милость, а иногда жизнь, — вот одна сторона этой сказочной жизни. Но есть и другая: бедняки, дровосеки, земледельцы — словом, все те, кому падишахи так часто говорят: «А не то снесу тебе голову!» Или же те, которые не знают, как им прожить на скудный поденный заработок в несколько пара́. Ислам, как бы пронизывающий всю Турцию, старинная духовная школа (своего рода бурса) с учителем (ходжо́й), старшим учеником (калфо́й), с Кораном в качестве учебника (мусха́ф). Базары, крытые (чаршы́) и открытые (пазар), где царствуют деньги: гуру́ши, акче́, а то и просто пара́, где всё вешают на окка́ и куда сваливают караваны свои пришедшие «малой скоростью» тюки заморских товаров. Здесь купцы совершают торговые сделки и отдают на хранение (эмане́т) товары; здесь же и ремесленники (эсна́ф) со своими мастерскими. Здесь собираются по кофейням и слушают сказочника; здесь же, как и по улицам, кричат глашатаи (телля́ли), передавая «правительственные распоряжения» или просто выполняя комиссионные поручения от частных лиц. И всюду пестрая палитра красок: яркие одежды, красные фески мужчин и женские фередже́. Песни, говор и целая толпа вокруг гадателя по песку (ремма́ля). В другом конце бойко работает уличный писарь: пишут «прошения падишаху», что было делом далеко не легким при почти полной неграмотности массы и при изощренных канцелярских требованиях к бумагам со стороны султанского двора.