Принцесса пепла и золы [litres][Aschenkindel - Das wahre Märchen]

– Ах, какая же ты все-таки милашка! – говаривали знатные дамы, на коленях которых я сидела. – Что за прелесть это круглое личико с карамельными глазками! Так мило и так ужасно печально!

За этим восклицанием обычно следовали литания о смерти моей матери, произносимые плаксивым тоном, но – очевидно – сенсационные. Ведь умерла она не при родах, а оттого, что в ту же ночь по неизвестной причине упала с третьего этажа своей спальни. Она умерла мгновенно, вот и все, что об этом известно.

Я так и не утратила округлости своего лица, несмотря на довольно скудный рацион, и моя фея утверждает, что мне идет. У меня очень светлая кожа, но если я злюсь, расстраиваюсь или напрягаюсь, или меня, несмотря ни на что, охватывает ощущение, что жизнь – прекрасная, волнующая штука, то мои щеки краснеют, глаза сияют, а губы так наливаются цветом, что кажется, будто я накрасила их красной помадой. Думаю, в такие моменты я действительно прехорошенькая!

Кроме того, я, хоть и вынужденно, пребываю в довольно неплохой форме. Необходимость тягать на себе то-се, подниматься и спускаться по лестнице – все это сделало меня сильной. Ведра для мытья полов здесь, лейки там, отнести корзины с бельем, то сухим, а то и мокрым, застелить кровати, вытряхнуть ковры, взвалить на плечи мешок с зерном для цыплят, занести все купленные впрок продукты из кареты в дом, набрать воды из колодца, чтобы наполнить несколько огромных баков – это моя работа.

Я ползаю на коленях, отмывая полы, балансирую на стульях и лестницах, освобождая полки и потолочные люстры от паутины, выполняю многочисленные поручения, бегаю в подвал за свежими продуктами, которые хранятся на леднике, и подаю моим сводным сестрам чай на четвертом этаже.