Каратель

Все сумки в телегу не влезли, поэтому их тащили на себе. Серега хоть и был из нас самым здоровым, но, как и я шел налегке. В случае опасности мы вдвоем должны будем прикрыть остальных, пока они вытащат оружие из ящиков. В открытую носить огнестрельное оружие в Синопе разрешалось только охранникам и местным военным. Толстый таможенник внимательно осмотрел представленный ему корабельный арсенал и опечатал его, заперев в металлическом шкафу. Перед выгрузкой молодой турок проверил сохранность пломб.

Я хотел было оставить на сейнере Митяя с рацией, но наш сопровождающий заверил меня, что в этом нет особой необходимости, потому что, во-первых, мы сейчас на закрытой территории порта, где нет воров, а во-вторых, наше корыто будет видно из окон комфортабельной гостиницы, где нас разместят.

По обоим из этих доводов я бы поспорил, потому что, во-первых, воруют везде, тем более на закрытых территориях, да, что там говорить, даже в космосе, на МКС, могут злодеи дырок навертеть в обшивке станции, а во-вторых, что-то я не вижу никакой комфортабельной гостинице в округе, единственное целое здание с крышей и не выбитыми окнами, к которому мы сейчас направляемся больше напоминает бомжатник после пожара. Поэтому перед тем, как окончательно сойти на берег все люки сейнера были наглухо задраены и заперты изнутри, единственную дверь, которую закрывали последней, заперли на здоровенный, амбарный замок, который просто так не сбить, его пришлось бы срезать или взрывать.

Мои самые плохие предчувствия оправдались и провожающий нас турок, вместе с тележкой запряженной ослом и двумя бугаями-грузчиками привел все-таки нас в двухэтажную, обшарпанную халапу выполненую в стиле «а-ля зима 1942 г. в Сталинграде».

Чем ближе мы подходили к «комфортабельной гостинице» тем больше портилось моё и так не самое радужное настроение. Мой внутренний голос так и орал: «Куда ты прешься, идиот?! Вас же там всех убьют!!!» Но я продолжал идти, на ходу насвистывая мелодию битлов «желтая подводная лодка».

Ночь уже заметно вступила в свои права, и темнота навалилась со всех сторон, как хищный зверь. Только зазеваешься и тебя схватят острыми клыками за податливую плоть шеи и разорвав сонную артерию, утащат в логово, где уже спокойно и размеренно съедят, разделив тушку на несколько приемов пищи, что-то схарчат на ужин, а что-то оставят на завтрак.

Обшарпанные и затертые тысячами ног тротуарная плитка под ногами, местами отсутствовали целые пласты, в которых вязла тележка, но ослик сопел и продолжал тащить свою ношу.