Нежный взгляд волчицы. Замок без ключа

– Ну что же, спасибо за откровенность, – сказал Канцлер, на сей раз без малейшего сарказма. – Вот мы и подошли к очень простому выводу: то, что вы остались в живых, – чистейшей воды случайность. Я подозреваю, что и оказавшаяся на вас мантия – случайность. Вы с самого начала намеревались надеть именно ее или что-то другое? Ответьте уж и на сей раз откровенно.

Сварог чувствовал себя школяром старых времен, вынужденным снимать портки перед строгим начальником, уже державшим наготове пучок розог. Сделав некоторое усилие, чтобы не опустить глаза, сказал:

– Да, я раздумывал какое-то время – взять мантию или обычный походный плащ. В конце концов решил надеть мантию. Моих это приободрило – как же, король едет впереди в загадочной мантии и не менее загадочной митре! А вот мятежники чувствовали некоторое душевное неудобство – это сразу выяснилось, из допросов первых пленных.

– Резонно, – кивнул Канцлер без тени благосклонности в голосе. – И тем не менее… Даже знай вы заранее, что мантия способна спасти своего хозяина от смерти, могло кончиться скверно. Что, если девка не ударила бы в сердце, а решила бы отрубить вам голову? В точности так, как вы поступили… с прежним владельцем мантии, которого она при таком обороте дела не спасла? Кстати, как произошло, что вы ей позволили нанести удар первой? Промедлили, пожалели ее оттого, что это девушка? Я вас знаю давно и, смею думать, неплохо. И не верю, что в этой ситуации вы оказались бы способны на слюнявую гуманность.

– Вы не видели записей? – спросил Сварог с ничуть не наигранным удивлением.

– Ах да, вы же не знаете… Нет записей. Все это время над девкой и теми, кто с ней шел, висело некое «слепое пятно», не позволявшее сделать запись – вообще что-то увидеть. Канилла Дегро, кстати, увидела вас лежащим на мосту только после того, как эта компания от него отошла – «пятно», несомненно, перемещалось вместе с ними, как некий зонтик… Ну так как же? Как получилось, что вы ей позволили ударить первой?

– Я и предположить не мог, что у нее в руке не обычный меч, – угрюмо сказал Сварог. – Ну, и махнул топором как-то… чуточку небрежно, этого вполне хватило бы, чтобы перерубить обычный клинок вмиг. Но топор отскочил… Она выиграла каких-то пару секунд…

– Которых ей хватило, чтобы нанести удар, – сказал Канцлер. – Иначе говоря, вы непозволительно расслабились. Что тут можно сказать в свое оправдание? «Я и подумать не мог…» Это не оправдание, простите. Вы просто обязаны были предусмотреть все, что только возможно предусмотреть. Потому что очень уж многое на вас завязано и на земле, и в Империи. А вы расслабились. И наконец… Мост. Вы обязаны были помнить о сделанном вам предсказании касательно несущих беду мостов. И о том, что шестеро ваших друзей, которым сделала такие же предсказания та же особа, как раз и погибли при условиях, когда предсказание претворилось в жизнь… На это вы можете что-нибудь сказать? Не оправдываться, просто сказать?

– Прошло много лет, а предсказание так и не сбылось, – сказал Сварог. – К тому же… Эти предсказания сплошь и рядом туманны – как, кстати, и обстояло с предсказаниями моим друзьям. Вполне можно было допустить, что речь шла вовсе не о мосте в классическом смысле этого слова, не о каменном или деревянном сооружении, соединяющем берега реки. Скажем, урочище, которое в незапамятные времена звалось Чертов Мост, а потом это название забылось. Или улочка, кроме официального названия прозванная Мост Поцелуев, и немногие об этом знают… Слишком долго ничего не происходило…