И в болезни, и в здравии, и на подоконнике
- Автор: Коханова Юлия
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «И в болезни, и в здравии, и на подоконнике». Краткое содержание книги:
И как это делать?
В армии Льюис сопровождал караваны. Он знал, как наблюдать за крышами, умел прочесывать взглядом толпу, выхватывая подозрительные лица. Льюис не растерялся бы, выскочи на него тюрбаноголовый с гранатометом наперевес. Просто очередь в голову – и все.
Но защита гражданского лица – это ведь совсем другое?
Все, что знал Льюис о работе телохранителя – это фильм с Уитни Хьюстон. I Will Always Love Youuuu… И этот еще, дурацкий. С Николасом Кейджем. Если работа телохранителя действительно похожа на всю эту хуйню – то зря он ввязался.
Хотя… Как же вытянулась рожа у Кертиса Хойла, когда рыжая его на работу позвала. И Руссо этот. Сука. Уебок самодовольный. «Этот бизнес основан на доверии…» «Я не могу так рисковать…»
Да какой нахуй риск?! Льюис ни разу никого не подводил. Ни разу. Да, у него проблемы со сном, Да, он тогда… он зря схватился за ствол. Это было неправильно. Но Льюис никого не подвел! Он всегда выполнял свой долг.
Но рыжая увидела, чего Льюис стоит на самом деле. И она, блядь, права. Льюис отличный солдат. Этого хватило Америке – этого хватит и рыжей.
А Кертис и этот гандон из Anvil… Да пошли они нахер со своим фальшивым солдатским братством. Он справится. Все будет хорошо. Все будет просто отлично.
Ухватившись за это решение, как утопающий за буек, Льюис выдохнул и соскользнул в сон. Тишина приняла его в теплые мягкие ладони, укрыла и спеленала. Льюис опускался все глубже и глубже, и темнота расступалась под ним, податливая, как вата. А потом он встал. На небе яростно скалилось безжалостное иракское солнце, а вокруг был окоп, и земля сотрясалась от взрывов. Смерть приближалась к Льюису, она катилась по траншее, как шар для боулинга, и Льюис был просто кеглей – тонкой, хрупкой, беспомощной кеглей. Смерть размолола бы его в фарш, разорвала плоть и переломала кости. Льюис видел, как это происходит. Оглушающий грохот разрыва – и вместо человека перед тобой лежит кусок орущего мяса. А потом проходит время – и это мясо больше не орет.
Смерть катилась по окопу, она была все ближе и ближе, а Льюис не мог сдвинуться с места. Ноги стали тяжелыми, они вросли в землю и пустили корни, но Льюис рванулся – и нечеловеческим усилием вырвался из ловушки. Он бежал, задыхаясь от ужаса, поскальзывался, падал и снова бежал. А потом Льюис уперся в стену. И смерть его догнала.
Льюис сел в кровати, хватая воздух перекошенным ртом. Футболка промокла от пота, руки тряслись, в горле булькал то ли плач, то ли хрип. Льюис нащупал мобильник. Три часа ночи.
Господи. Надо было ложиться в окопе.
***
- Ты точно уверен, что тебе не нужен костюм?
- Точно. Сказали, чтобы без официоза, в обычной одежде.
Льюис нервно повел плечами и еще раз посмотрел в зеркало. Джинсы, ковбойка, сверху армейская куртка. Все чистое, аккуратное, приглушенных тонов. Вроде бы годится. Или нет? Может, белую рубашку надеть. Мама всегда говорила, что первое впечатление – самое важное. Надо правильно себя зарекомендовать.
На задворках сознания маячил кто-то высокий, в дорогом костюме и с модельной стрижкой. Кто-то, похожий на Билли Руссо. Охуенный мужик, надраенный, как новенький «Роллс-ройс».
Тряхнув головой, Льюис решительно сунул за пояс пистолет. Нахер Руссо, нахер белые рубашки.
Все будет нормально.
На кухне пахло свежезаваренным кофе и поджаренным беконом.
- Может, все-таки позавтракаешь? – отец неуверенно ковырнул содержимое сковородки и тут же отдернул руку – перегретое масло с треском расстреляло боезапас, оплевав и печку, и кафель, и футболку. – Вот черт!
- Ты осторожнее. Крышкой накрой, что ли, - Льюис быстро, обжигаясь, проглотил горький темный кофе. От плотного, липкого запаха бекона мутило, и в горле поднималась едкая кислая волна.
- Я тут картошку поджарил. И яйца. Тебе положить?
Две тарелки уже стояли на столе – глянцевые и бессмысленные, как глаза покойника.
- Нет, спасибо. Я не голоден.
- Тогда хоть сандвичи с собой возьми.
- Все нормально, пап. Я перекушу где-нибудь в обед. Горячая еда, овощи, все такое. Правда, - Льюис торопливо кивнул и выскочил из дома, не дожидаясь очередного предложения, на которое тоже придется отвечать «Нет». Последнее время все общение с отцом сводилось к этому слову. Нет, я не хочу. Нет, я не буду. Нет, все нормально.
Блядь.
Льюис остановился на крыльце, подставив лицо под влажный ноябрьский ветер. Ночью похолодало, и на газоны выпал первый прозрачный снег. На ступеньках он уже таял, оставляя после себя неопрятные мутно-серые кляксы, но фигурно выстриженные кусты все еще топорщились серебром.
В детстве Льюис любил снег.
Спустившись с крыльца, он наступил на мерцающую бриллиантовыми искрам гладь. Миллиарды кристаллов под его ногой сломались, рождая скрипучий хруст. Льюис сделал шаг, потом другой и прислушался к себе, выискивая проблески искрящегося, взлетающего в небо счастья.