На конкурс красавиц требуется чудовище

Бросив последний взгляд на истово занимающегося Марона, я покачала головой, кто бы мог подумать, что наш друг мечтает стать боевым магом?

«Ему ведь не дано. По меньшей мере пылкости характера и смелости», подумала я про себя и… И вдруг осознала, что он не бросал нас. Даже в самых неудобных, позорных и страшных ситуациях — он ругался, он ворчал, он стенал и жаловался, но не уходил.

«Надо подкинуть ему пару тренировочных схем», решила я.

И даже придумала, как именно это сделать — попрошу переписать для пересылки на Окраины. Мол, обкатала на себе, хочу другим знания передать, а с этим Отбором столько дел, столько дел!

Шшу-р-х-х.

Вздрогнув, я резко обернулась. Но за спиной по-прежнему был ночной парк. Луна высеребрила листву и траву и…

— С-сэ-ш-ш-у-а-с-с.

«А вот это очень плохо», я призвала клинок.

Тот, кто хоть раз слышал грамрла, никогда и ни с чем не перепутает этот присвист.

Говорят, что раньше их мир был щедр и плодороден, а сами пауко-змейки были просвещенным народом. Их даже не призывали в компаньоны, а просто приглашали в Академию Наук. Тогда она была одна единственная на все страны.

Но около двух сотен лет назад их мир стремительно опустел, магия мутировала, а сами они стали теми, кого мы зовем грамрлами.

— С-э-сэ-сэ.

И что самое худшее, из всех тварей мертвых миров, только у грамрлов сохранился рассудок. Они не просто хотят пожирать все живое и обладающее магией, они еще и договариваться способны. Втираться в доверие.

«И бить в спину».

Мне следовало принять решение — открыть портал к Марону, схватить его, и открыть портал в спальню. Заготовок хватит, у меня их по карманам с полсотни распихано.

Но кто-то еще может гулять по парку. Могу ли я уйти? Мне страшно, но у меня есть опыт. И есть окраинный клинок. И есть магия, что отравляет даже грамрлов.

— Человек-с-с, ты видишх-с-с меня?

«Не надо принимать решение», с отчаянным весельем подумала я, поднимая клинок и наполняя его магией.