Ева для Снежного Барса

И так было всегда, стоило лишь встретиться взглядом или прикоснуться друг к другу. В такие мгновения казалось, что наши тела живут своей собственной жизнью, отметая правила приличия, и мы начинали судорожно искать потаенный уголок, чтобы прижаться друг другу и утонуть в жарких нетерпеливых поцелуях. А ночи… ночи были похожи то на ураган, морской шторм или извержение вулкана, то на томительное парение на воздушных волнах нежности…

Габриэль ласково накрыл губами метку на моей груди, и я в ответ приложила ладонь к его сердцу, где нервно пульсировал точно такой же знак.

Не обращая внимания на гостей, я обхватила мужа на шею, запуталась пальцами в серебристых волосах и слизнула соленую капельку с любимого лица. Тело Габриэля ощутимо напряглось и он шепнул хрипловатым голосом: «Моя!».

– Фу, опять они целуются! – прозвучал совсем рядом недовольный голосок сына.

Дети, держась за руки, стояли по пояс в воде и ждали, пока на них обратят внимание эти несносные родители. Георгий был заметно недоволен увиденным, а Ангелина зачарованно не сводила с нас глаз.

Боже, какие же они все у меня красивые и любимые! Габриэль рассмеялся и отпустил меня, покрасневшую и взволнованную, а сам, скрывая собственное возбуждение, нырнул и поплыл, разрезая воду мощными гребками.

Пока дети плескались в воде у самого берега, я блаженно раскинулась на горячем песке, позволяя ласковому солнцу слегка подсушить влажное тело. По ясному пронзительно голубому небу плыли бело-розовые облака, навевая покой и легкую дрему.