Разбитый глаз (ЛП)
- Автор: Грейнджер Билл
- Язык: русский
- Жанр: Роман, новелла
Электронная книга - «Разбитый глаз (ЛП)». Краткое содержание книги:
Деверо задумался, сидя, обнаженный до пояса, на прямом стуле рядом с кроватью. Его комната выходила на оживленную улицу Рю де Колес, слегка обшарпанную улицу, врезавшуюся в старое сердце Латинского квартала. Через дорогу студенты бездельничали под лучами полуденного солнца в баре с несколькими столиками на узком тротуаре. Смешанный запах крепкого табака и окиси углерода от отрыжки и перегруженных двигателей уличного движения достиг окна комнаты Деверо. Он сидел один и смотрел на уличную сцену и не видел ее; скорее, он чувствовал, как в него входит Мэннинг. Он должен был понять его, чтобы начать понимать Жанну Клермон.
На столе стояла бутылка польской водки, купленная по непомерно высокой цене в магазине на улице. Он налил немного в стакан и попробовал.
Укомплектование персоналом.
Он был тем человеком, который заменил Деверо в Сайгоне в 1968 году. Тогда он казался застреленным, как если бы он делал движения. Деверо ничего не сказал, потому что его замена ничего для него не значила; он наблюдал за состоянием Мэннинга только из любопытства.
И однажды ночью, в баре в Сайгоне, который был слишком шумным и слишком маленьким, и в котором пахло странно сладким запахом коррупции, пронизывающим этот город так же точно, как запах дешевого горящего дизельного топлива, Мэннинг хотел сказать ему об этом. О Жанне Клермон. О миссии.
Деверо не хотел слышать эту историю, но он слушал. Возможно, он выгорел не меньше, чем Мэннинг; возможно, безнадежность сайгонской миссии ошеломила его; возможно, он просто устал говорить правду, когда все предпочитали слышать ложь.
Деверо долго ждал, пока Мэннинг расскажет конец истории. Они сидели в тишине, слушая болтовню девушек в баре и наблюдая, как отчаянно глупый капитан морской пехоты выставляет себя дураком, напевая песни колледжа кислой проститутке, которая не понимала английского языка, используемого за пределами спальни. Уже в 1968 году настроение в городе стало отчаянным, как будто все ужасы двадцатипятилетней войны приближались к последнему ужасу, который будет невыразимым.
«Почему он это делает?»
"Какие?"
«Почему капитан морской пехоты поет эти дурацкие песни?» - спросил Мэннинг. «Разве он не знает, что выставляет себя дураком?»
Деверо не ответил ни секунды. "Да. Думаю, он знает, что делает ».
«Понимаете, я все думаю, это было мое первое задание, может, я был наивен. Я имею в виду, что меня уже положили раньше; это было не то. Нет, это было так; это было все о ней ».
Даже сейчас, в холодной тишине старого гостиничного номера в пяти этажах над загроможденной улицей, лицом к французским дверям, открывавшимся в небо Парижа, и небольшому выступу, который служил балконом номера, Деверо мог видеть Мэннинга, каким он был в ту ночь в доме. Сайгон пятнадцать лет назад.
«Кто вам сказал, что они не причинили ей вреда?» - наконец спросил Деверо.
«Хэнли. Он третий человек в Отделении, в операциях.
«Вы ему не верите».
Мэннинг сделал паузу. "Нет. Вот и все. Я ему не верю.
«Лучше не делать этого», - сказал Деверо.
«Я не могу ее забыть».
«Тогда не забывай ее».
«Но что ты делаешь?»
«Вы ничего не делаете», - сказал Деверо, пристально глядя на пьяного капитана морской пехоты в баре. Что он пел? Йельская песня о столиках у Морри, сентиментальная песня, в которой тоска юности казалась важной.
«Вы вошли в игру», - сказал Деверо. «Нет никаких правил, но ты предпочел играть по определенным правилам. Они хотели, чтобы вы подставили эту женщину, и вы это сделали. Итак, вы выбрали их правила. Вы могли бы защитить ее, вы могли бы спасти ее; черт, ты мог бы выйти из игры. Но вы думали, что сможете работать с этим любым способом ».