Золотой лук. Книга I. Если герой приходит
- Автор: Олди Генри Лайон
- Серия: Ахейский цикл #6
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Золотой лук. Книга I. Если герой приходит». Краткое содержание книги:
В Эфире живет мальчик Гиппоной, сын Главка и внук Сизифа. Тот, кого позже узнают под именем Беллерофонта — Метателя-Убийцы. Здесь начнется его яркая, буйная, трагическая судьба, а что случится дальше — это еще лежит у богов на коленях.
— Уздечку?!
Гефест пил долго, жадно. Чувствовалось, что мысль об уздечке была для него внове.
— Отец не превращается в коня, — фыркнув как лошадь, заявил бог-кузнец. — Уздечка тебе не пригодится.
— Да при чем тут отец? Я для него же и стараюсь!
— Зевс хочет, чтобы ты его взнуздала?
Мудрость, подумала Афина. Мудрость, где ты? Говорить с Гефестом о любви было вдесятеро проще.
— Уздечка мне нужна для Пегаса. Ты слышал о Пегасе?
Гефест кивнул.
— Так ты можешь или нет?!
— Я слышал о Пегасе, — вслух произнес бог-кузнец, знаком показывая слугам, что время наполнить чашу. — О да, я слышал. Например, я слышал, что ты ловишь его. Хочешь, чтобы он возил мои молнии отцу на Олимп. Отличная идея, не спорю.
Мои молнии, отметила Афина. Мои, не отцовские. Случайная оговорка? «Я все-таки бог огня. Любой огонь — я, даже если это Тифонов огонь…» Любой огонь. Молнии — тоже. Всякое изделие Гефеста — это он, в той или иной степени. Чем рискует отец, соглашаясь на эти молнии?
Чем отец рискует, не согласившись?!
— Ловить не значит поймать, — вновь наполнившись, чаша в мгновение ока опустела наполовину. — Говорят, тебя преследуют неудачи. Ты преследуешь Пегаса, тебя преследуют неудачи. Хо-хо! Отменная шутка! Я умею быть остроумным, не находишь?
Не нахожу, подумала Афина. Днем с огнем.
— Ты бог философов, — она улыбнулась, стараясь, чтобы издевка не выбралась наружу. — Твое остроумие соперничает лишь с твоим умом. Шутки ты куешь лучше, чем треножники. Так что насчет уздечки?
— Треножники я тоже кую неплохо, — Гефест обиделся. — Не одна ты желаешь помочь отцу с доставкой молний. Я думаю над этим днем и ночью. Я даже выковал железного коршуна. Железо дороже золота, да и плавится оно труднее. Ничего не вышло, представляешь? Коршун растекся лужей, едва поднявшись в воздух. Наверное, есть металл, способный нести такой груз. Адамант? У меня нет нужного количества адаманта. Хо-хо!
Хмель, вне сомнений, ударил ему в голову:
— Вряд ли отцу пригодится воробей, способный принести на Олимп жалкий огрызок молнии. Туда-сюда, туда-сюда! Крылышками фыр-фыр-фыр! За десять полетов одна молния наберется…
Афина сцепила зубы. Желчь переполняла богиню: желтая и черная желчь, чистый яд. Гефестов юмор[64] проникал в жилы Афины, доводил ее до белого каления. Казалось, хозяин подземного дворца сунул гостью в пылающий горн и ухватил клещами. Крепись, велела богиня, приказывая той Афине, которая была готова схватиться за копье. Он тебе нужен, сохраняй хладнокровие.
— Если ты найдешь решение первым, я буду только рада.
Наклонившись вперед, она нашла в себе силы похлопать кузнеца по руке. Впечатление было такое, будто хлопаешь по камню.
— А пока что я стану ловить Пегаса.
— О да, — согласился Гефест, сверкнув кривыми зубами. — Будешь ловить, а как же! И убеждать себя, что делаешь это с одной-единственной целью: оказать услугу нашему драгоценному отцу. Ты так убедительна, что убедить себя — для Афины это пустяк.
Афина встала:
— Что ты хочешь этим сказать?
Гефест взял лепешку, макнул в мед.
— Ты не любишь дядю, — тяжелые капли падали на стол, собирались в лужицу, в маленькое янтарное море. — Посейдон ревнует к отцу, к его власти. Тебе это против шерсти. Твоя ненависть к Медузе Горгоне — тоже не секрет. Приспособить их четвероногого, крылатого, непокорного сына на службу Олимпу? Взнуздать Пегаса? Превратить ураган во вьючную лошадь?! Это не только услуга, Дева. Это еще и месть.
Афина ждала, пока он доест лепешку.
— Месть подают на стол холодной, — Гефест смотрел на нее снизу вверх. Могучий, бородатый, он ухмылялся так, будто и впрямь был не ремесленником, а философом. — Я кузнец, это не по мне. Все, что подаю я, пышет жаром. Но я не отвечу тебе отказом, сероокая. Да, я сделаю для тебя уздечку. Узда из золотых цепей, выкованных для бессмертных? Для самого Зевса?! Я дам тебе желаемое — и бегай за Пегасом хоть до скончания веков! Боюсь, уздечка скорее пригодится тебе, чем этому коню. Неутоленная страсть раздирает рот, уж я-то знаю…
Он наклонился вперед:
— Так с чем, говоришь, соперничает мое остроумие?
Эписодий восьмой
Сильная и попрыгунья
1
Кровь в воде
Три шага до дверей.
Их я проделал бы и с закрытыми глазами. Три — это если по прямой. Мне понадобилось пять: три вдоль стены, поворот и еще два. По привычке я обошел ложе брата: то место, где оно стояло раньше. Который год, как Пирена нет, а привычка осталась.
64
Юмор (хумор) — в Древней Греции название жидкостей, определяющих состояние организма: кровь, лимфа, желчь черная и желтая.