Командировка в ад
- Автор: Казаков Дмитрий Львович
- Серия: Оружейник (Казаков) #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Командировка в ад». Краткое содержание книги:
Когда тебя пытаются убить все подряд — и враги, и соратники, и контрразведчики, и таинственные сектанты, которым надо вообще не пойми что. Когда твой личный враг отравляет тебе жизнь, а вокруг плетутся непонятные интриги, где ты не более чем пешка на игровой доске.
Ну да, командировка… только в ад! Держись, Оружейник!
Котик слушал меня, довольно хрюкал и что-то думал в шерстистой башке.
А затем прозвучал сигнал к вечернему построению, и мне пришлось с кровати встать. Я натянул полевые ботинки, которые ухитрился раздолбать в этих гнусных подземельях, и заковылял за остальными.
— Сиди здесь, — бросил я зверю через плечо, и он ответил новым хрюком.
На плацу нас ждала вечерняя перекличка и «проповедь» от Шести Гор, как обычно.
— Возрадуйтесь же вести благой… — начал он, когда мы выстроились, но тут же осекся, золотистые глаза его, обращенные в сторону нашего дверного проема, стали как донышки от чайных чашек.
Я бросил туда быстрый взгляд, и обнаружил на пороге Котика, деловито лизавшего собственную задницу.
— Что сие за мерзость?! — завопил Шесть Гор с интонациями тонкодушевной дамы, обнаружившей у себя на кухонном столе мышь.
Котик поднял голову, и одарил бриан надменно-презрительным взглядом.
— Паразит шерстистый, богохульной оторопью насыщенный аки тварь смрадная! — продолжил истерику Шесть Гор. — Убить его! Сокрушить немедля! — жрец почти визжал.
— На землю! Все! — рявкнул узкоглазый Пять Листьев, и мы дружно выполнили приказ.
Я шлепнулся на пузо, ушиб локоть, но не обратил на это внимания, поскольку над плацем раскатилась очередь. Пули засвистели над головами, принялись рыть стены у входа в нашу спальню, несколько залетели внутрь.
Котик вскочил, зашипел и побежал в сторону, сначала по полу, затем по стене.
— Убить! Убить! — верещал Шесть Гор, и Пять Листьев вел автомат за зверем.
Когда тот неожиданносорвался на пол, сердце во мне оборвалось и замерло — неужели убили? Я начал подниматься, готовясь броситься на бриан, придушить голыми руками узкоглазую тварь.
— Лежи, — Дю-Жхе схватил меня за руку.
Но меня вела ярость, и ферини меня бы не удержал, но тут Котик зашевелился. Оставив несколько капель крови, он побежал дальше, на этот раз по полу, лавируя среди лежащих тел.
И Пять Листьев заколебался, не решаясь палить в толпу.
— Что замер! — завопил Шесть Гор, но Котик взлетел по стене, скользнул в вентиляционное отверстие и был таков.
У меня отлегло от сердца.
— Отыскать! Найти! Смрадная тварь! — жрец не собирался сдаваться, но я знал, что ничего у него не выйдет, что шестиногая мохнатая задница теперь в безопасности, и это хорошо.
На этот раз на работы в город потащили не меня одного, взяли еще Макса, Везига и Ррагата. Когда конвойные — а их с нами отправилось двое — завели нас в большой зал, набитый всяким механическим хламом, я понял — почему.
— Нужно навести тут порядок, разобрать все и сложить, — пояснил тот конвойный, что был за старшего, с пухлыми губами и следом от ожога на щеке. — Давайте!
И мы приступили к делу: сюда штуковины, похожие на трансформаторы, огромные и тяжелые, вчетвером только и утащить; сюда всякий хлам, настолько ржавый, что нет смысла сортировать, сюда — автомобильные оси и рессоры от совсем крохотных до словно снятых с «Камаза», сюда — неизвестного назначения металлические ящики с торчащими из них проводами.
Мы с Ррагатом как раз волокли такой, когда голову мою пронзила острая боль, словно в макушку воткнули гвоздь сантиметров в двадцать. Я споткнулся и выронил ношу, та со звоном и грохотом хлобыстнулась об пол, и этот звук заглушил проклятия моего напарника.
Я был в слабо освещенном подземелье, среди чужих механизмов…
Я тащил набитые пакеты из магазина домой, предвкушая тихий вечер дома…
Я сидел у мамы, и и радостно наворачивал пельмени собственной лепки, которые мы делали один раз в год, тридцать первого декабря — не жалели денег на мясо, брали самый лучший лук, отборные специи; собирали древнюю ручную мясорубку, которая ставится на край стола и крепится к нему винтом, и я радостно вращал ее, ощущая аппетитный запах фарша, а мама занималась тестом, раскатывала его и готовила, а потом мы вместе лепили толстенькие кругляши, и первая порция тут же отправлялась в кипящую кастрюлю, куда обязательно бросить лаврового листа и перца горошком; и вот уже можно есть, первую порцию со сметаной и зеленью, и мясо хрустит на зубах, и тесто тонкое, вкусное, а не толстая бумага, как у магазинных; вторую с аджикой, подаренной соседом дядей Борей, он ездил в командировки на Кавказ и привозил какую-то особенную, острую, но не чрезмерно, и в то же время сладкую, а если хватит сил на третью, их всегда хватало, ведь неимоверная вкуснятина, то с уксусом и толченым черным перцем — совсем немножко, чтобы подстегнуть сосочки на языке и раскрыть вкус.
Я почти ощутил этот самый вкус, намертво связанный с запахом хвои и праздником. Только в следующий момент забыл о нем, поскольку боль в голове дошла до такой степени, что меня вырвало — желчью и остатками слизи.