Подкидыш для депутата. Выбор сердца

В сотый раз я пробегаю глазами финальное предложение, в котором Леша прощается со мной… И с жизнью…

— Я обошел весь дом, но никого там не застал, — незваный гость продолжает добивать меня. — Алексей исчез, решил не шокировать вас. Но мы понимаем, что он с собой сделал…

— Все, хватит! Уходите, прошу вас! — умоляюще мяукаю, готовая немедленно впасть в истерику.

Моя жизнь сегодня закончилась. Мысленно ставлю на своем будущем крест. Ничего больше нет. Последняя надежда погибла вместе с Лешей. Самым простым вариантом было бы и мне последовать его примеру. Но… не могу поступить столь эгоистично по отношению к маме. Второго удара она не выдержит. И это единственное, что меня останавливает…

— Я понимаю ваши чувства, — не унимается Герман, а я устремляю на него злой взгляд. — Соболезную вашей потере… Вашим потерям, — поправляет себя. — Уже оказавшись в больнице, я узнал о выкидыше и его кошмарном последствии — бесплодии. Такие преступления не должны сойти с рук виновному!

— Так, стоп! — вскрикиваю я испуганно. — Какое, к черту, бесплодие?

Подскакиваю на кровати, морщась от ее мерзкого скрипа, и катетер случайно вырывается из вены. Густая кровь тонкой, но непрекращающейся струйкой течет по руке, пачкает больничное постельное. Но я не обращаю внимания. Все, что волнует меня сейчас, так это пугающий приговор — «бесплодие».

Герман Алексеевич спешит за доктором. Через секунду в палату влетает знакомая мне женщина: она посещала меня, когда я проснулась. Мужчина успевает прошептать ей что-то, но врач недовольно поводит плечами. Концентрирует внимание на моей окровавленной руке. Зажимает небольшую, но такую проблемную ранку в вене, стирает темно-красные подтеки и крепко бинтует, оборачивая сгиб локтя в несколько раз холодящей кожу тканью.

— Не нужно было ей говорить, — отчитывает мужчину доктор, а сама прячет взгляд.

— Так я бесплодна? Вы же сказали, что я восстановлюсь! — всхлипываю обреченно.

— Конечно, восстановитесь, — мямлит, не смотря мне в глаза. — Но детей иметь не сможете. После выкидыша и чистки у вас серьезные проблемы в плане женского здоровья.

Озвучивает страшный вердикт и поспешно покидает палату. Будто не хочет нести ответственность за свои слова.

Больше всего на свете я желаю сейчас, чтобы противный чужак тоже исчез. Оставил меня одну, позволил порыдать и пожалеть себя.

— До свидания, — бросаю ему небрежно и указываю взглядом на выход.

Герман Алексеевич мрачнеет, видимо, не привык к такому обращению. Но сдерживается. И даже одаривает меня мерзкой улыбкой, которая должна бы приободрить меня. Но вместо этого доводит до тошноты.

— Я все понимаю, — укладывает руку на мое плечо, однако я сразу скидываю ее. — Но выслушайте меня до конца. Я знаю, кто разорил вашего мужа. Не просто выкупил объекты, а всеми правдами и неправдами задавил его малый бизнес. Подло, незаконно. Подорвал психику Алексея, разрушил вашу семью, — говорит, подбирая слова, что проникают в самое сердце. — Сообща мы можем наказать виновного. Без вас мне не справиться.