Каратель [litres, оптимизирована обложка]

Я невесело хмыкнул про себя.

Да? А потом?

— Решать твою судьбу буду не я, а ниис, — так же серьезно добавил Рез, наклоняясь и вкладывая в мою безвольно лежащую руку какую-то хреновину. — Отпустить, как ты понимаешь, тебя никто не отпустит. Самостоятельно ты отсюда тоже не выберешься. Надежда на то, что ты доживешь хотя бы до завтра, граничит с призрачной. Но хотя бы сегодня ты не умрешь. Это — максимум того, что я могу для тебя сделать.

Я снова закрыл глаза, а когда открыл их, Реза уже рядом не было. Повернуть голову, чтобы понять, куда он ушел, не удавалось — тело окончательно перестало мне повиноваться. Поэтому я просто лежал и слушал, как бормочет себе под нос ковыряющийся в сундуках Рез, как одну за другой откидывает в сторону тяжелые книги, как роется в других вещах, которых вокруг валялось немало. И как облегченно выдыхает, по-видимому, найдя то, за чем приходил.

— Кажется, удача на моей стороне, — довольно сообщил вор, направившись к двери. — Жаль, конечно, что магия позволяет вынести отсюда лишь один-единственный предмет. Но я нашел последний символ, Шал. Слышишь? Я все-таки его нашел!

Перед моим лицом нарисовалась еще одна шкатулка — небольшая, всего-то с полторы ладони, из темного дерева, на крышке которой была выгравирована какая-то монограмма, а сверху золотой краской намалеван последний из символов в той последовательности, которую я не так давно видел в дневнике Олерона Аввима. Он был чем-то похож на перевернутую русскую «А», хотя это и неточно. Шкатулка находилась в поле моего зрения совсем недолго, поэтому я мог и ошибиться.

— Вот оно, главное сокровище «барьерников», — произнес вор, выпрямляясь. — Тебе знакомо чувство, когда твоя самая заветная мечта… все, чем ты грезил столько лет, внезапно исполнилось? Нет? А я теперь знаю, как оно бывает. И еще не раз об этом вспомню, когда буду приводить сюда тех, кто по одному перетаскает наверх каждый из хранящихся здесь предметов. Теперь это будет нетрудно. И уж точно не займет много времени. Пока, Шал. Надеюсь, следствие по делу о твоей смерти и смерти твоих коллег продлится не слишком долго и ты не помрешь от жажды и голода, пока я до тебя доберусь… Кстати, едва не забыл!