Pulp

— Для нас — тоже, командир, — ответил один из «диких котов», тот, у кого была перебинтована голова.

Это пускай и пафосные, но вовсе не пустые слова. «Дикие коты» готовы идти за Оцелотти на самое дно преисподней, и сегодня, похоже, все мы оказались именно там.

— Вперёд, — скомандовал я, и мы устремились каждый к своей цели.

Над воротами, ведущими на взлётную полосу, располагалась весьма удобная вертикальная лестница. Я ударил по стопору, державшему её поднятой, ботинком, механизм заскрипел, но не поддался. Пришлось врезать ещё раз — посильнее, и тогда лестница с душераздирающим лязгом упала вниз, врезавшись в пол. На этот звук должны были сбежаться все, кто сейчас находился в ангаре.

Я первым заскользил по ней, держась за боковины, притормозил уже перед самым полом и всё равно больно ударился пятками о бетон. Часовые, охранявшие механизм, были ошеломлены нашим появлением, но повскидывали винтовки и открыли огонь. По боковинам и перекладинам лестницы зазвенели пули. К счастью, у них были лишь самозарядные винтовки, будь они вооружены автоматическими, нам бы пришлось туго.

Я в одночасье оказался прямо перед ними. Прежде чем первый часовой успел навести на меня оружие, я отбил ствол его винтовки в сторону и ткнул под мышку. Выдернув нож, пинком отправил бойца прямо на оставшихся товарищей. Тут рядом со мной приземлился Оцелотти, револьверы, как по волшебству, оказались у него в руках. Четыре стремительных выстрела — и оба оставшихся часовых повалились на пол. По серому бетону начали разливаться лужи крови.

— Ты никак не угомонишься, наёмник, — прогремел голос фон Вольга. Он, не особенно торопясь, шагал к нам, пригнувшись под крылом самолёта. За ним следовали его телохранители, подобно верным псам за хозяином. — Ты зарвался, пора мне наконец отправить тебя на тот свет.

— Рискни, — нагло ответил я, перехватывая окровавленный нож и снова очищая его клинок о собственный рукав. — «Коты», на вас его охрана. Полковник — мой.

Гвардейцы фон Вольга одновременно вскинули винтовки, одновременно нажали на спусковые крючки. Но синхронность — это ещё не всё, не она решает на поле боя. «Дикие коты» бросились в разные стороны, словно на самом деле были этими уличными бойцами. Оцелотти перекатился через плечо, уходя с линии огня, и тут же открыл просто ураганную пальбу из обоих револьверов. Солдаты в чёрном плавно разошлись, чтобы увеличить сектор обстрела, но один из них раньше рухнул на бетонный пол ангара с простреленной головой. Он не сумел уклониться от пули, перенаправленной ему прямо в голову отклоняющим полем экзоскелета полковника фон Вольга. Бойцы в чёрном могли быть сколько угодно хороши, но с Оцелотти им не тягаться.