Вандалы — оклеветанный народ
- Автор: Акунов Вольфганг Викторович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- Жанр: История
Электронная книга - «Вандалы — оклеветанный народ». Краткое содержание книги:
К слову сказать, «Вечный Город» на Тибре за свою долгую историю подвергался захвату и разграблению, по меньшей мере, двенадцать раз:
1) галлами Бренна в 387 (или 390) г. до Р.Х.;
2) римским полководцем Луцием Корнелием Суллой в 88 г. до Р.Х.;
3) римским же полководцем Гаем Марием (противником Суллы) в 86 г. до Р.Х.:
4) Луцием Корнелием Суллой (повторно) в 83 г. до Р.Х.;
5) вестготами Алариха в 410 г. по Р.Х.;
6) вандалами «Зинзириха-риги» в 455 г.;
7) своими же западноримскими (состоявшими, впрочем, в основном из германских наемников) войсками патриция Рикимера (Рекиме-ра, или Рицимера — германца-свеба по отцу и вестгота по матери) в 472 г.;
8) остготами царя Италии Тотилы (Бадвилы) в 546 г.;
9) остготами того же Тотилы в 550 г.;
10) арабо-берберским десантом в 846 г. (папа римский отсиделся в цитадели);
11) норманнами (варягами) Роберта Гвискара в 1084 г.;
12) войсками императора «Священной Римской империи» и короля Испании Карла V Габсбурга в 1527 г. Причем Эдуард Гиббон подчеркивал в своей «Истории упадка и разрушения Римской империи», что наемники «римского императора» Карла (в основном — германцы и испанцы) подвергли «Вечный Город» гораздо большему разграблению и опустошению, совершив неизмеримо больше зверств, насилий и убийств, чем готы Алариха и вандалы Гейзериха вместе взятые. Правда, императорское воинство грабило и опустошало Рим на Тибре не шесть дней, как Аларих, и не две недели, как вандалы Гейзериха, а на протяжении девяти месяцев…
Но, в любом случае, вандалы грабили не меньше, чем, скажем, впоследствии — десанты британских «королевских пиратов» Фрэнсиса Дрейка или Кавендиша в американских владениях Испании. Между Тазой и Карфагеном в пору вандальского вторжения творилось то же, что творилось как до, так и после него, на протяжении столетий, когда воины вторгались в беззащитные селения, не способные оказать им должного отпора. Утверждение, что вандалы при этом творили большие жестокости, чем все прочие народы-завоеватели вплоть до испанских конкистадоров, представляется автору этих строк, однако, столь же необоснованным, как и противоположное. Высказанное (вне всякого сомнения, из самых благородных побуждений) профессором Куртуа, сделавшим из факта однозначной доказанности только трех совершенных вандалами убийств вывод, что других убийств вандалы в римской Африке не совершали. Все дело в том, что жертв, не столь выдающихся по своему положению, как православные епископы, хронисты просто не считали достойными упоминания. Да и могли ли они всех их перечислить?
В то же время автору настоящей книги представляется абсолютно неверным утверждение, что вандалы так жестоко обращались с мирными жителями римской Африки, поскольку африканские римляне были православными христианами, сами же вандалы — арианами. Будь это так, вандалы творили бы аналогичные жестокости в отношении православных христиан еще в римской Испании. На деле же, если верить церковному историку Павлу Орозию, вандалы в Испании были в превосходных отношениях с местным — православным — населением. Да и в Африке «маленьким людям» не в чем было упрекнуть вандалов, фактически освободивших их от невыносимого — прежде всего, налогового — бремени и гнета «родного» римского государства, чье население вследствие чудовищного социального расслоения давно уже раскололось на тончайший слой мультимиллионеров, самыми богатыми и влиятельными из которых были т. н. сенаторы (давно уже практически не заседавшие в сенате, все равно ничего не решавшем без произволенья императора), и основаная масса населения, прозябавшая в нищете всю свою жизнь — от трудного детства и до нищей старости. Проведенные еще в прошлом веке французскими учеными в римских руинах на территории Северной Африки раскопки позволили им прийти к выводу, что богатство римских вилл и роскошь портовых городов вовсе не были свидетельствами или показателями всеобщего экономического процветания. Сельское население влачило жизнь в бедности и унижении, обрабатывая земли утопавших в неслыханной роскоши римских магнатов-латифундистов без какой-либо надежды на улучшение собственного материального и социального положения, и фактически ничего не потеряло после вандальского вторжения.