Иисус Христос. Жизнь и учение. Книга III. Чудеса Иисуса [litres]

Мы уже говорили о том, что в Ветхом Завете было распространено представление о болезнях как наказании, происходящем непосредственно от Бога. Однако в книге Иова инициатором бедствий, постигающих праведника, в том числе тяжкой болезни, является не Бог, а сатана. Предварительно он получает у Бога разрешение на то, чтобы поразить кость и плоть Иова, но само действие описывается так: И отошел сатана от лица Господня и поразил Иова проказою лютою от подошвы ноги его по самое темя его (Иов 2:7).

В византийском богословии будет сформулирован принцип, согласно которому диавол действует в мире в тех пределах, которые установлены для него Богом. По словам Иоанна Дамаскина (VIII век), диавол и демоны «не имеют ни власти, ни силы против кого-либо, если не получают позволения от Бога в целях Домостроительства… При Божием попущении они сильны…»[165]Иными словами, Бог попускает диаволу действовать в целях, обусловленных Его Промыслом. Не будучи источником зла, Бог не может быть и источником болезни. Однако болезнь попускается Богом в определенных целях.

Здесь уместно вспомнить то, что Иисус сказал ученикам о причинах, по которым человек родился слепым: это для того, чтобы на нем явились дела Божии (Ин. 9:3). В данном случае на согбенной женщине явились дела Божии, и она выпрямилась благодаря совершившемуся чуду.

Упоминание сатаны в рассматриваемой истории указывает на то, что она воспринимается евангелистом как одна из побед в той войне Иисуса против сатаны, которая отражена на страницах всех Евангелий. Выход Иисуса на общественное служение предваряется Его личной встречей с сатаной в пустыне. Там Он отвергает искушения, тем самым объявляя войну диаволу. Многие эпизоды евангельской истории, в том числе исцеления и изгнания демонов, воспринимаются как победы добра над злом, Бога над сатаной. Апогеем этой войны станет история Страстей, а окончательной и бесповоротной победой – воскресение Иисуса.

В христианской экзегетической традиции исцеление согбенной женщины нередко толкуется аллегорически – как указание на освобождение человека от гнетущих его забот или греховных страстей: