Новый мир. Книга 4: Правда

— Кончай уже это. «Серьезные бизнесмены», «большие дяди»! Тошно слушать, как ты кичишься тем, что выбрал себе роль цепного пса, который верно служит хозяину и не тявкает без спросу!

— А ты не такой же пес, как я, а, легионер Сандерс?

— Не надо ровнять меня по себе! Не знаю, где провел эту войну ты, а я!..

— Да плевать мне что ты там делал на войне, — устало махнул он рукой. — Всем плевать. Ты разве это еще не понял? Мне искренне жаль идиотов, которые не понимают, как устроен мир, и ждут, когда им «воздастся по справедливости», вроде всех этих крикунов, которые рвут глотки кто за Патриджа, кто за Элмора, кто за Фримэна. Тьфу!

— Как же, по-твоему, устроен мир? — хмыкнул я.

— Миром правят могущественные люди, у которых есть богатство и власть. Вот и все. Всем остальным нужно знать свое место. Я свое знаю. Ты — нет. Вот почему я здесь, говорю тебе это. И, боюсь, приятель, одними разговорами тут не обойдется.

Я прекрасно понимал, что, скорее всего, последует за этим разговором. Логически я осознавал, насколько всё это чертовски некстати именно сейчас. Понимал, что это следовало бы отвратить любой ценой, пусть даже пришлось бы стать перед ними на колени и отсосать у каждого. Ведь очевидно, что между мной и Лаурой ничего нет, не будет и не могло быть, а значит, эта разборка лишена какого-либо смысла. Унижение, которому я подвергся бы, было крошечной неприятностью, не достойной вообще никакого внимания, когда на другой чаше весов находились вещи несоизмеримо больших масштабов. И уже через пару дней все это не будет иметь никакого значения. Все это я прекрасно понимал. Но какая-то тупая, первобытная самцовая гордость мешала мне поступить так, как следовало бы.

— Ну и что дальше? — спросил я с наигранной беззаботностью.

Я был готов к тому, что кто-то из них просто пристрелит меня. Но оставалась вероятность того, что серьезная охранная компания не захочет связываться с убийством. Отмазаться от такого в наше время было сложно. Во всяком случае без вреда для репутации компании и ее заказчика. Даже если Грант, возомнив себя мафиозным боссом в приступе ревности, захотел, чтобы меня грохнули, эти ребята не стали бы сразу же бросаться и выполнять его хотелки. Они считали себя профессионалами, и к решению проблем подходили хладнокровно. Если они сочтут, что достаточным решением будет запугать меня, унизить или избить — то этим они и ограничатся.

Я обратил внимание, что не слышу лая. Мишка понял, что мне больше не нужно предупреждение об опасности, и затаился. «Умничка», — подумал я о нём. — «Но лучше бы ты в это не лез, мальчик мой».

— Давайте, что ли, к делу? — предложил я, опершись на трость так, будто она и впрямь нужна была мне, чтобы держаться на ногах. — Грант хочет услышать от меня, что я больше ни на шаг не подойду к его возлюбленной, так?