«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

В этот момент Комнин вновь проявил все свои лучшие качества. Он организовал военный лагерь возле города Энос, имевшего удобный морской порт и хорошее сообщение с другими территориями, и направил сюда последние остатки флота и новые отряды воинов, укомплектованные из новобранцев периферийных фем. Сам царь 16 февраля 1091 г. во главе отряда из 500 всадников отправился к Хировакхаму, куда уже устремились турки и печенеги. И он успел в город ранее неприятеля, который расположился на соседнем холме, что в значительной степени предопределило следующий успех, которого не пришлось ждать долго.

Печенеги несколько легкомысленно разделили свои силы, и, несмотря на очевидное численное превосходство врагов, Комнин решил бить их поодиночке. Рано утром его армия зашла в тыл одному из печенежских отрядов и напала на них, одержав быструю победу. Затем император приказал своим воинам переодеться во вражеское платье и поднять захваченные флаги. Когда воины второго отряда появились на горизонте, они приняли переодетых византийцев за своих товарищей и мирно двинулись к ним навстречу. Но тут ромеи напали на них и нанесли печенегам тяжелый урон, захватив также много пленных.

19 февраля 1091 г. император с войском вышел из города, чтобы дать печенегам новое сражение. В это время к нему подошли подкрепления под командованием Георгия Палеолога и других византийских аристократов. Однако, опасаясь нового поражения, печенеги уклонились от сражения, и в Константинополе началось ликование по поводу удивительного спасения города и самой Римской империи[278].

Но, конечно, до спокойствия было еще далеко. Вскоре выяснилось, что к Эносу направилась еще одна печенежская орда. В ответ император приказал кесарю Никифору Мелиссине пополнить свою армию добровольцами и наемниками из славян и двинуться на защиту города. В направлении Эноса выдвинулась и половецкая орда под главенством ханов Боняка (1070—1167) и Тугоркана (1028—1096). Настроения среди степняков были таковы, что они с легкостью могли объединиться и с печенегами, и с такой же легкостью напасть на них – все зависело от конкретной ситуации. По всему выходило, что в сражении у Эноса должна была решиться судьба Византийской империи: Комнин уже знал о параллельных переговорах половцев с печенегами. Без всякого промедления император отправил послов к половецким ханам с предложением посетить его лагерь. Они прибыли и, растаявшие от уважения, проявленного к их персонам и богатых даров, объявили, что завтра дадут печенегам сражение. Единственное, что их волновало – доли при разделе будущей добычи.