Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Боксер – богатырского телосложения молодой человек с тупым упрямым продолговатым лицом – замер в дверном проеме, озадаченно осматриваясь по сторонам. Учтивость Холмса для него оказалась неожиданностью, и, хоть он и почувствовал в ней некую враждебность, ему трудно было определить, как правильно на нее реагировать, поэтому он обратился к своему более сообразительному другу за помощью.

– Это что значит, граф? Что этому парню нужно? Что вообще происходит? – сиплым голосом пробасил он.

Но граф лишь пожал плечами, и за него ответил Холмс:

– С вашего позволения, мистер Мертон, я опишу, что происходит, в двух словах: вы проиграли.

Боксер смотрел на Холмса, но обращался все еще к своему подельнику:

– Этот тип хочет пошутить или что? У меня сейчас не очень веселое настроение.

– Это и понятно, – сказал Холмс. – Думаю, я могу пообещать вам, что скоро оно у вас испортится еще больше. Послушайте, граф Сильвиус, я занятой человек и не могу позволить себе тратить время попусту. Я иду вон в ту спальню, и пока меня не будет, располагайтесь и чувствуйте себя как дома. Можете объяснить своему другу, как обстоят дела, я не стану вам мешать. Лучше сыграю пока баркаролу из «Сказок Гофмана» на скрипке. Через пять минут я вернусь за вашим окончательным ответом. Вы ведь понимаете, перед каким выбором стоите? Решайте сами, что попадет нам в руки – вы или камень.

Холмс удалился, по дороге захватив стоявший в углу футляр для скрипки. Через несколько секунд из-за закрытой двери спальни послышись негромкие жалобные звуки этой популярнейшей из мелодий.

– Так в чем дело? – с тревогой в голосе спросил Мертон, когда его товарищ повернулся к нему. – Он что-то знает о камне?

– Он слишком много знает. Черт побери, по-моему, он вообще все знает!

– Боже правый! – Желтоватое лицо боксера побледнело.

– Айки Сэндерс выдал нас.

– Что? Ну я ему за это все кости переломаю!

– Это нам не поможет. Сейчас нужно решить, что делать дальше.

– Постой-ка, – произнес боксер, с подозрением посмотрев на закрытую дверь спальни. – А уж не подслушивает ли нас этот хитрый лис?

– Как он может подслушивать, если пиликает на своей скрипке?

– А, ну да. Может, кто-нибудь за занавеской прячется? Что-то в этой комнате слишком много занавесок.

Покрутив головой, Мертон неожиданно заметил восковую скульптуру в кресле у окна. Он замер, указывая на нее пальцем, от удивления не в силах произнести ни слова.

– Это всего лишь кукла! – недовольно произнес граф.

– Что, не живая? Разрази меня гром! Такого и у мадам Тюссо не увидишь. А ведь как две капли воды похож, халат и все остальное. Но надо проверить занавески, граф.

– Да к черту занавески! Мы теряем время, а у нас его не так уж много. Из-за этого камня он может упрятать нас за решетку.