Покойники всегда безопасней. Дело тяжеловеса

Секретарша в неряшливом белом свитере оторвала голову от портативной машинки, вопросительно приподняв подрисованные карандашом брови.

— Мистера Эндрюса нет, — сухо сказала она.

Я окинул взглядом приемную; в ней с комфортом разместилось бы кошачье семейство, но два человека расходились с трудом. Справа от секретарши виднелась дверь, слева стоял несгораемый шкаф с документами. Кресло в углу давно отслужило свой срок, его изголовье, натертое до блеска волосами клиентов, лоснилось.

— Когда он придет? — спросил я.

Она бросила взгляд на стенные часы — стрелки показывали двадцать минут одиннадцатого.

— Скоро.

— Тогда я подожду.

Я опасливо присел на подлокотник кресла. Секретарша посмотрела на меня более внимательно, потом, решив, что интереса я не представляю, занялась работой.

Стук пишущей машинки действовал на меня успокаивающе, навевал дремоту.

В Тампа-Сити я вернулся в пять тридцать утра и до половины десятого спал в тайнике Бенна. Потом, выпив кофе, поехал на Мерроу-стрит, где находилось сыскное бюро Эндрюса. На сегодня у меня были составлены обширные планы. После беседы с Эндрюсом я намеревался еще раз встретиться с Ирен Джеррард, приятельницей Фей, и уговорить ее повидаться с Кридом. Кроме того, я предполагал нанести визит Латимеру, бывшему секретарю ван Блейка. Хотя капитан Брэдли и сомневался, что он снизойдет до разговора со мной, все же его не следовало полностью сбрасывать со счетов.

Прошло около пятнадцати минут, когда входная дверь хлопнула и в контору вошел долговязый субъект в помятом костюме.

Он искоса глянул на меня и растянул лицо в фальшивой улыбке.

— Вы ждете меня? — спросил он, обнажив два ряда пластмассовых зубов.

Именно таким я и представлял человека, который провел половину жизни, подслушивая у замочных скважин в коридорах отелей.

— Мистер Эндрюс?

— Да, входите.

Достав из кармана ключ, он отпер дверь и сказал секретарше:

— Почту принесете, когда мы закончим с этим джентльменом.

— Какую почту? — недоуменно спросила она.

Он снисходительно улыбнулся. Я понимал его чувства — больше всего ему хотелось в эту минуту отвесить ей оплеуху.

Кабинет Эндрюса размером не превышал большой платяной шкаф. Мне пришлось прижаться спиной к стене, чтобы он пролез к письменному столу.