Альфа и Альфа

— Какой временной период Вы смотрели? — делая пометки в планшете на протяжении всего моего рассказа, детектив поднял на меня сосредоточенный взгляд.

— Наше время, — он неодобрительно качнул головой.

— Когда Батлер позвонил мне и сказал, что есть интересное для меня дело, я хотел отказаться. У меня в разработке очень много дел, а в сутках, к сожалению, только двадцать четыре часа. Но он знает одну мою слабость. Всё, что касается исчезнувшего пятого Клана Корнуелов, вызывает у меня нешуточный интерес.

— С чего вдруг такая заинтересованность? — немного недружелюбно спросила я детектива, потиравшего нос и с фанатичным блеском в глазах смотревшего в сторону стены, на которой висела складная школьная доска. Мужчина встал и направился к ней.

— Подойдите, — пригласил он и меня подойти ближе.

Включив дополнительное освещение над доской, детектив распахнул створки. Сначала я не могла понять, что он мне показывает, а затем так и застыла, приоткрыв рот от удивления. Вся доска была увешана вырезками из газет, фотографиями людей и мест событий, испещрена надписями, стрелками, то параллельными, то пересекающимися, и вопросительными знаками, выделенными красным мелком.

— В нашем времени Вы не найдёте в открытом доступе никакой информации о пятом Клане и его главе Филиппе Корнуеле. Информация о нём целенаправленно уничтожена. Я более чем уверен, что Ваша мать, Алисия Стайл, в девичестве Корнуел, которая так ревностно охраняла от Вас до поры до времени тайны своего прошлого, приходится дочерью Филиппу Бенджамину Корнуелу. И является единственной наследницей имущества, оставшегося от когда-то процветающего Клана, и сбережений, о которых ходят легенды. Вам нужно было искать события, произошедшие двадцать пять лет назад, — детектив указательным пальцем упёрся в вырезки из газет с заголовками: «Похищение? Или побег?», «Сбежавшая наследница», «Трагедия в семье Корнуелов».

На двух первых вырезках был портрет молодой красивой девушки.

— Вы с матерью — одно лицо, мисс, — детектив почтительно стоял рядом, не поторапливая меня и давая возможность прочитать новости двадцатипятилетней давности. Из статьи на третьей вырезке я узнала о пожаре, произошедшем в родовом поместье Корнуелов. В ней говорилось, что есть жертвы — семья Корнуелов, и отец, и дочь. Ниже был прикреплён некролог о безвременно почившем Филиппе Корнуеле без упоминании Алисии.

— Судя по тому, что Вы взялись разыскать моего деда, Вы не верите в его смерть? — отвернувшись от доски, я внимательно посмотрела на Сикорски.

— Нет. Я видел его, — он указал пальцем на фотографию седовласого мужчины с волевым подбородком и строгим взглядом таких же, как у меня, глаз. — Уже после пышных похорон, устроенных Кланами Блеквудов и Андервудов. Они тоже искали его и Вашу мать уже после их «смерти».

Ухмыльнувшись своим воспоминаниям, он продолжил:

— Это была неслучайная встреча, он нашёл меня, чтобы… — он тронул свой нос вновь. Детектив улыбнулся, сложил руки на груди и повернулся ко мне. — Ваш дед оставил меня в живых, правда, хорошо отделал. Это после встречи с ним я не ощущаю запахов. Но он был в своём праве и убить меня. В то время я служил в СОПе в отделе криминальной полиции. И возглавлял группу по освобождению заложницы Алисии Корнуел. Операция проходила под прикрытием и крайне секретно… — он потянулся к новому листку (это была копия рапорта полицейского), показывая, что я должна прочитать.