Научи меня плохому

Ирис никогда не пропустила бы это представление. Более того - подходя к дверям здания, в котором располагался офис фирмы, она увидела сердитую старуху с прыгающими, гавкающими псами, рвущимися с поводков, и подумала, что неплохо было бы это представлением украсить еще парой клоунов.

Старуху не пускали - еще бы! Хихикая Ирис не без злорадства рассматривала сморщенное, темное от загара лицо, седые волосы, собранные на затылке в неряшливый, сивый узел, мешковатую одежду - кажется, когда-то давно это было темно-синим костюмом.

Лохматый огромный грязный пес на веревке, когда-то бывшей поводком, глухо лаял, как заведенный, на охрану, не пускающую женщину внутрь, множество мелких кривоногих дворняг шныряли вокруг хозяйки и путались у нее под ногами и метили углы и двери. Старуха надувала отечные щеки, цыкала на питомцев, и с каменным выражением лица продолжала дожидаться того, кто впустит ее в здание.

Самое интересное, что даже в таком виде опустившаяся нищенка с погасшими, неподвижными глазами походила на Крис. Очень. Особенно когда поднимала взгляд и солнце сверкало в ее темных глазах.

Только Крис была юная и свежая, а старуха - замученная жизнью и несчастная. Карикатура на юную девушку. Страшное, жуткое возможное будущее.                                                                                                        Отражение в кривом злом зеркале.

Ирис потирала ручки в предвкушении того, как соберется толпа любопытных. Алекс, разумеется, тоже будет. И Ричард. Оба они увидят мамашу своей красотки. Говорят, яблоко от яблони недалеко падает. Хе-хе… интересно, как низко может упасть красотка Крис?

«А можно еще ее вторую мамашу пригласить! - осенило Ирис. - Если она здесь. Особа мелочная, злобная, жадная, словно торговка с рынка. Наплести ей чего-нибудь, сказать, что явилась эта, с псами, претендует на деньги… главное, сказать, что деньги уже дают. Уже вынесли крупную сумму, чек. Эта пиранья тотчас примчится и устроит самый безобразный базар, какой только можно вообразить. И будет полная картина! Одна воспитала, вторая родила! Чудная семейка! И Майлз при всем при этом, наш строгий, суровый Майлз, женатый по очереди на этих уродках!»

Ирис даже рассмеялась от мстительного удовольствия, так ей понравилась эта мысль.

Приблизившись к охране, заграждающей старухе вход в здание, она кротко улыбнулась женщине.