Герой

В данном случае я не видел причины. Так сильно захотелось почувствовать себя взрослыми? Равными патриархам? Вчера не хотелось, а сегодня — вот прямо приперло. Безумная любовь к девушке? Или решили проверять меня на слабость? Но что бы ни послужило причиной, последствия были очевидны.

Даже если я не хочу никого убивать, я обязан это сделать.

На той же площади собрались всё те же лица. Меня затошнило при виде толпы, выжидающих взглядов, остекленевшей земли за спиной и обугленного пепла.

Сколько еще мне придется вставать перед ними?

Я хотел зашвырнуть в толпу эти два тела, развернуться и уйти. И пусть бы они делали, что хотели: дрались, убивали друг друга, создавали новую секту, делили матрасы и сражались за места. Но там были женщины. Малыши. Дети. Забрать бы их отсюда и отвести в ближайшую деревню, только пока моя способность управлять Ки не восстановится окончательно, я вынужден сидеть здесь вместе с ними.

— Теперь я понял, почему выгребная яма за частоколом никогда не бывает пустой, — тихо сказал я, глядя в глаза сектантам. — Я дал простые правила. Я сказал, что тот, кто позарится на мое место, нападет на кого-то или коснется женщины, умрет. Что тут непонятно?

Тишина. Перепуганные глаза маленьких мальчиков. Наглые ухмылки старших. Напряженные лица подростков.

— Они нарушили все три правила. Напали на девушку, похитили ее, отволокли в лес. И самое главное — они решили, что могут игнорировать мои слова! Поэтому они умрут.

Я схватил за волосы голоногого парня и приподнял. Его нижняя челюсть безвольно болталась, и изо рта тянулась ниточка слюны. Он понимал, что происходит, его глаза испуганно бегали по толпе, словно выискивая кого-то, но сказать он ничего не мог.

Эффектнее было бы сжечь его, как и патриархов, вот только после такой казни я бы свалился без сил, а потому я послал небольшой импульс к его сердцу. Оно встрепенулось, дернулось в последний раз и остановилось. То же самое парализующее заклинание, но уже точно нацеленное. Его зрачки расширились от ужаса. Этот момент тянулся целую вечность…

Бездыханное тело рухнуло на землю. Я стряхнул несколько прилипших волосков с ладони и посмотрел на второго парня. Он не мог отвести взгляда от мертвого товарища.

В горле застыл огромный ком, который мешал дышать. Казалось, если я сейчас не закричу или не расплачусь, то задохнусь.

Герой!

Я подошел ко второму парню. Бешеные выпученные глаза. Учащенное дыхание. Наверное, он тоже хотел кричать, но не мог, как и я. И он так же, как и первый, что-то искал в толпе. Или кого-то.

Я наклонился к нему и шепнул:

— Это ведь была не ваша идея, верно? Кто-то посмеялся над вами, сказал, что вы не настоящие мужчины, что вы только и можете женщин для стариков притаскивать, а сами ни на что не способны. Этот кто-то сказал, что чужак сейчас слишком слаб, его дух мягок, вот он и возится с никчемными бабами, прыгает над детьми. Чужак не сможет убить ребенка. Чужак не сможет наказать подростка. И сейчас твой друг мертв. Ты тоже умрешь, а этот кто-то останется целым и невредимым. Это неправильно. Сейчас я сниму заклинание, и ты скажешь, кто это был.