Я стираю свою тень - 2

— Чего интересного увидел? — спросил я.

— Да вот, пытаюсь разобраться, кому принадлежит изготовление этой станции, — ответил он, рассматривая микроскопическую маркировку. — Здорово, когда глазом можно увеличивать картинку.

— Согласен. Сам себе микроскоп и бинокль. А зачем тебе знать, кто ее сделал?

— Да так, профессиональный интерес. Я же много каких станций повидал, вдруг, думаю, она мобильная. То есть к ней можно пристыковать движки и махнуть в другой конец галактики.

— А где их взять, даже если они есть? И к тому же про твои идеи наверняка уже знает Джанбоб. Как про мою сегодня утром.

— Да это гипотетическая затея, Джанбоб наверняка уже принял меры, исключив возможность присоединения двигателей. Считай, что я просто немного ностальгирую по тому, чем занимался. Киана сказала, что видела Айрис расстроенной?

— Было дело, но это ерунда. Она немного подвержена скачкам психики, но только не в серьезной ситуации. Кстати, ты не видел, где она?

— Кажется, она была в комнате для релаксации.

— Спасибо. Пойду, помогу ей расслабиться.

Айрис на самом деле оказалась в комнате психологической разгрузки. Полулежала в удобном кресле и не двигалась. Я сел в кресло рядом с ней, собираясь немного потешить себя воображаемой реальностью.

— Чего приперся? — спросила она, не открывая глаз.

Я вздрогнул от неожиданности.

— Я это… а где я должен быть по-твоему? За неимением поликлиники будешь под моим присмотром. Как вы себя чувствуете?

— Как обычно. Снова вляпалась в дерьмо и теперь не знаю, чем это закончится. Мое стабильное состояние. — Айрис открыла глаза и, не мигая, уставилась в низкий потолок.

— Ну, как доктор, могу сказать, что подобное настроение может плохо отразиться на вашей беременности.

Ее указательный палец молниеносно оказался у кончика моего носа.

— Нет никакой беременности, Гордей, запомни раз и навсегда. Не принимай мои причуды за что-то большее. — Глаза Айрис сверкнули искренней яростью.

Я свел глаза на кончике ее пальца.

— Пока ты будешь уединяться со своими проблемами, ничего не изменится. Мы же вместе не только для того, чтобы веселиться, но и в печали тоже. В печали даже больше, потому что веселиться можно с кем угодно. Бросай свои дурацкие привычки заворачиваться в кокон, как только прижмет. Живем и радуемся, пока вместе.

Айрис убрала палец от моего лица. Я развел глаза. Моя речь произвела на нее впечатление.

— Ты прав, зараза. Система не научила меня делиться чувствами с людьми, а потом я вообще разучилась доверять им. Кроме тебя. Прости меня. Я понимаю, что с того момента, как ты затащил меня в машину, многое в моей жизни начало меняться в лучшую сторону, но иногда забываю об этом.

Айрис обхватила мою кисть и потискала ее.

— Ну, всё, пора заканчивать релакс, пока на жалость не потянуло. Пойдем, порежемся в мяч в невесомости. Покажу тебе, на что способен настоящий мужик.

— Ты, покажешь мне? — От былой печали на лице Айрис не осталось и следа. — Я размажу твое бесхребетное тельце по стенкам.