Призраки солнечного ветра (СИ)

Правительство всячески поощряло стремление погружаться в сон, предпочитая будить нужное количество Жнецов во время жатв различного уровня сложности. Каждая крупная жатва занимала до двух-трех лет, заключая в себя бесчисленное количество более мелких. По этому поводу полагались исключительные льготы, исчисляемые в повышенных процентных ставках к проделанной работе. А также возможности получить однажды заветный билет на Олимп по сниженной цене. Конечно, это подкупало, но Жнец многое приносил в жертву за такой самоотверженный труд. Постепенно уходили люди, которых он когда-либо знал, с которыми дружил и работал. Хотя, как правило, таковых было немного. В основном, те же Жнецы, или наемники, работающие бок о бок годами. Иногда на особо сложных жатвах встречались одновременно разбуженные товарищи, не пересекавшиеся по многу лет.

Общество менялось. Каждый раз приходилось привыкать к новой модели цивилизации, изучать современные методы жатв, последние виды оружия и нравы свежепризванных особей Теней. Не редко это тормозило, сказываясь на качестве работы, а Морган любил выполнять все чисто и без нареканий. За это платили охотней.

Мужчина понимал, что дисбаланс в экономике не будет вечным, что необходимо успеть урвать свое, пока не затянули пояса. И он вполне серьезно намеревался это сделать.

Изредка разбавляясь Марсианскими новостями, переключаемые каналы голографического проектора пестрили бесконечными развлекательными шоу и музыкальными трансляциями. Пришлось здорово попотеть, чтобы найти нужное. За прошедшее время исчезли многие телеканалы, которым когда-то отдавалось предпочтение. Да и сама модель транслятора уже давно вышла из моды. Хотя, если честно, Моргану было на это плевать. Он не гнался за сомнительными новинками, отличающимися от предыдущих поколений разве что брендом и ценой. Тем более, что на обновление ушла бы куча денег, которую, несомненно, отдавать не хотелось. Разумная жадность всегда приходила на помощь в самый ответственный момент.

Лежа на диване и изредка почесывая будущее пузо, Жнец искал что-нибудь интересное с какой-нибудь не сильно задрипанной Арены. На отметке «71» палец вдруг остановился, уловив знакомый образ. Худощавый, но удивительно гибкий мужчина с бросающейся в глаза фиолетовой неоновой помадой на мгновение заполнил весь экран, застыв в вычурной позе со вскинутыми руками. Все внимание было сконцентрировано на его персоне в новом, невообразимо пестром костюме. Затем кадр сменился. Забитый до отказа, перед зрителями предстал огромный Колизей Арсии. Народ гудел и кричал, пребывая в эйфорическом неистовстве. Ослепительные вспышки освещали крошечные, с высоты птичьего полета тела, мельтешащие и прыгающие внизу, словно в потревоженном муравейнике. Серый камень Колизея оживляли флаги, неоновые лазеры и яркие дымовые завесы. Крупный план выхватил из толпы раскрашенных в пух и прах зрителей, тех, что трясли плакатами с именами любимых бойцов. Морган помнил ведущего, практически не изменившегося за неполных тринадцать лет. И знал, что если тот взялся вести мероприятие, значит, его действительно можно считать из ряда вон выходящим. Даже припомнилось его имя. Кажется, ведущего звали Майф Дин-Сой. Морган вальяжно отпил из бутылки, прекратив монотонное перелистывание сменяющихся картинок.

Прозвучал писк электронной почты. Мужчина ненадолго отвлекся. Пришел очередной штраф за нарушение общественного порядка в подконтрольной городской зоне. На этот раз — за нанесение увечий той самой проститутке из местного бара. С досадой закрыв письмо, Морган отправил его к кипе таких же, чтобы оплатить все штрафы скопом в конце месяца. Характерный звук архивирования прервал всплеск аплодисментов. Визжащая женщина, показанная планом крупнее, чем следовало, несла на своей груди гордую отметку «V». Как и на обеих щеках. Смена плана — и вот уже бородатый мужчина, зло скалясь прямо в камеру, раздвинул полы кожаной куртки, демонстрируя три икса на своем внушительном животе. Что-то подсказывало, что он явно завысил количество букв.

— Странно, сегодня что ли? — отхлебнув из бутылки, пробубнил Морган.

Издав протяжный, полный удовольствия звук, мужчина вывел поверх список программ, окончательно убедившись в своей догадке. Да, именно сегодня проводится тот бой века, который так напряг Хамфрида по работе и о котором последние две недели так навязчиво вещала реклама. Морган совершенно не знал эту парочку, называвшую себя лучшими гладиаторами современности, но, на всякий случай, сделал изображение объемным.

Встав с дивана, он, не выпуская пива из рук, проковылял к байку. Пройдя сквозь верещавшую от восторга толпу, отцепил от сидения меч и положил его на стол у стены. Колено уже не болело, но при движении чувствовался неприятный дискомфорт. Твердо решив не испытывать судьбу и поберечь здоровье, мужчина старался двигаться как можно медленней. Хорошая физическая форма ему уж точно еще была нужна. Запил это дело новым большим глотком.