Леру я нашёл в соседнем зале, беседующей с руководителями моего рода. Многие из них выглядели очень плохо, но то, что они отказались от срочного лечения, говорило о готовности их продолжать свою службу роду.
Среди беседующих был и генерал Кортушев, которого смогли всё-таки эвакуировать и, скорее всего, помимо его воли, поэтому, когда я подошёл, он первым делом высказал мне свой упрёк.
– Ваше Величество, вы совершаете недостойный поступок, вначале меня снимают с экспедиции по уничтожению Солнечной системы, затем не дают остаться с последними защитниками Проксима Центавра, и даже здесь вы не даёте мне исполнить мой долг и защитить эвакуирующиеся корабли.
– Вы забываетесь, адмирал, – произнёс я резко и достаточно громко, так, что все разговоры смолкли и все посмотрели на меня. Внезапная вспышка гнева заставила меня сдерживаться изо всех сил, чтобы не потерять контроль над собой. Последние сражения на пределе сил расшатали мне нервную систему. Я только что получил вспышку адреналина и других гормонов, ускоривших моё восприятие, а наружу внезапно потянулась невиданная до этого сила, оказывая давление на всех окружающих. Я ощущал, как всех внезапно объял страх, а их воля оказалась подавлена.
– Ваша жизнь принадлежит Роду Машеньяк и мне лично. И только я решаю, когда и где вам погибнуть. Ваши знания и опыт очень важны и помогут в будущем выжить нашей колонии, поэтому вы помрёте не раньше, чем я дам на это согласие. Вы поняли меня?
– Так точно, – по-армейски ответил адмирал, вытянувшись, как на плацу.
– Тогда давайте проведём совещание, я готов выслушать, как вы пропустили заговор и позволили себя арестовать.
Дора, обеспечь секретность совещания, – отдал я дополнительное распоряжение и отправился к конференц-залу.
Когда все расселись, слово взял адмирал:
– Ваше Величество, прошу простить нас всех, что мы не удержали ситуацию под контролем. Месяц назад, когда началась подготовка к эвакуации, нас вызвал генерал Очаков из Службы Безопасности и попросил перевести всех членов совета Рода Машеньяк на флагман флота для удобства обеспечения безопасности. По всем кораблям прокатилась волна диверсий, в том числе и направленная против руководителей нашего Рода. Мы, конечно же, отправились на флагман вместе с семьями, так как управлять действительно проще из одного места. Когда мы проводили первое совещание, в зал заседаний ворвались бойцы Службы Безопасности и после быстро подавленной попытки сопротивления произвели наш арест. Под угрозой жизни наших близких мы вынуждены были передать часть доступа к системам корабля, надеясь, что они не смогут взять контроль над ним всем. Но мы глубоко ошибались, так как практически в этот же день, поменяв протоколы доступа и приоритета, они взяли флагман под свой контроль. Единственное, к чему они не получили доступ, так это к системам гиперпространственных прыжков. Секция с учёными также оказалась вне их контроля, так как она полностью автономна. А попытка проникнуть на неё вызвала ряд взрывов и гибель большого числа мятежников.
Подготовив штурмовые отряды, они произвели десант на ещё три корабля и после длительного противостояния взяли их под контроль. Пока остальные корабли обдумывали ультиматум, выдвинутый новым руководством, один из захваченных кораблей взорвался, с него спаслась лишь небольшая группа людей. Мятежники объявили, что тех, кто откажется принять их власть, ожидает такая же участь. В итоге все корабли перешли под контроль мятежникам. На самом деле вина в случившемся полностью лежит на нас. Мы пропустили заговор и не проявили должной осмотрительности. Даже предательство местного СБ не даёт нам оправдания, и мы все готовы понести любое наказание с вашей стороны.