Лес огней [ЛП]

Стоило мне переступить порог следующей комнаты, как по дому разнёсся крик принцессы.

Я развернулся, бегом спустился по лестнице, доставая из ножен кинжал. За долю мгновения я понял, что в гостиной так же темно, как и во всём доме. Забежав в комнату, как раз когда Амалия швырнула в тварь стул. Бесформенная фигура, чёрная, как смола, растворилась, а затем материализовалась снова. Тварь издавала звуки, похожие на хрипы умирающего животного — отчаянные, ужасающие.

— Риз! — закричала Амалия, позабыв от страха, как дышать.

Я бросился на тирейта, но тот успел подобраться к Амалии, и она упала на пол.

Мой кинжал вонзился в тварь, лезвие рассекло призрачную фигуру. Она зашипела и отскочила от принцессы, разворачиваясь ко мне.

Тирейт напал на меня, уклоняясь от клинка, но я уже имел дело с ему подобными. Отшагнув в сторону, воткнул кинжал твари в спину, удерживая её на месте, чтобы медь, узором украшающая лезвие, сделала свою работу.

Монстр съёжился и завизжал, а затем упал безжизненной массой на пол. Через мгновение чернильная жижа начала пениться и пузыриться, испаряясь, как по волшебству — хорошо знакомому мне волшебству.

— Амалия!

Я бросился к принцессе. Она всё ещё была на полу: сидела, подтянув колени к груди, и дрожала, словно я только что вытащил её из ледяной реки.

— Мне… х-холодно… — выдавила она сквозь стучащие зубы.

— Знаю, — быстро стянул свой плащ и накинул на неё. Этого будет мало, если не поторопиться. — Мне нужно снова разжечь огонь.

Мои руки дрожали, пока я пытался справиться с кремнем. Когда я был маленьким, тирейт чуть было не убил Эдвина. У меня оставалось мало времени, пока принцесса не пострадает от переохлаждения.

— Ч-что… оно… со… мной… сделало?

— Тварь поглощает твоё тепло. Тебе повезло, что она едва к тебе прикоснулась.

Убедившись, что пламя сейчас разгорится, я вернулся к Амалии. Обнял её обеими руками и повёл к камину. Она слабо сопротивлялась, когда я снимал с неё плащ, но сразу замолчала, как только я сел позади неё, прижимаясь как можно сильнее. Накинул свой плащ на нас обоих, заворачиваясь в кокон, и укутал Амалию в её собственную накидку, как одеялом.

Я мог бы сделать больше — и сделаю, при необходимости, — но её вещи были сухие, и она уже дрожала не так сильно, как поначалу.

— Как ты? — спросил спустя несколько минут.

— Лучше.

Было такое чувство, что время идёт быстро и медленно одновременно. Огонь согревал нас, его танцующий свет успокаивал.

Когда Амалия перестала дрожать, я задумался о том, как близко мы друг к другу. Одно дело сидеть так, когда принцесса на грани жизни и смерти, но сейчас…

И всё же я не выпустил её из объятий. Она вся такая миниатюрная и мягкая, и я чувствовал каждый вздох, который она делала, и мне становилось спокойнее, зная, что она жива и скоро будет в порядке.

— Есть ещё такие? — тихо спросила она.

— Внутри дома — нет, — мои руки крепко держали принцессу за талию, а щека прижималась к её шее.