Елизавета Алексеевна: Тихая императрица
- Автор: Чиркова Зинаида Кирилловна
- Год: 2005
- Язык: русский
- Год: ACT, Астрель, Транзиткнига
- ISBN: 5-17-027641-9, 5-271-11341-8, 5-9578-1652-3
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Елизавета Алексеевна: Тихая императрица». Краткое содержание книги:
Ему важно было, чтобы ни одна бумага не ушла из-под его взора.
С жалостью и ужасом смотрела Елизавета на умирающую Екатерину, плакала Анна, прижимая платок к покрасневшему носу, суетились возле тела придворные дамы, рыдала в голос фрейлина Перекусихина, а Павел подошёл к графу Безбородко и тихо сказал ему:
— Пока суд да дело, разберём бумаги...
И толстый, неповоротливый Безбородко в чулках, как всегда спущенных и собравшихся в глубокие морщины на кривых ногах, покорно ответил так же тихо:
— Да, государь...
Они прошли в кабинет Екатерины, и Елизавета проводила их долгим взглядом. Александра уже не было рядом: отец отправил его в Мраморный дворец опечатать и там все бумаги.
Словно кольнуло её в сердце, она поняла, что завещание Екатерины будет вскрыто Павлом и уничтожено — не даст он матери возможность руководить им и за гробом...
Предчувствие не обмануло её. Хоть и не видела она воочию, что случилось в кабинете Екатерины, но как будто различала всё сквозь полосу тумана и ужаса.
Павел прошёлся по кабинету Екатерины, присел за один из бобов — маленький столик, служивший императрице и для работы, и для приёма посетителей.
Он сидел молча, опустив голову на руки, и граф Безбородко всё так же тихо сказал наследнику:
— Все самые важные бумаги — в том шкафу, в верхнем ящике.
Павел поднял голову, прямо взглянул на графа. Топился камин, обдавая всё тело сухим жаром, темно мерцали по сторонам кабинета шкафы — с книгами, бумагами.
Безбородко отошёл к окну. Павел поднялся и нетвёрдыми шагами направился в сторону книжных шкафов.
— В верхнем ящике, — опять тихонько указал ему Безбородко, не отходя от окна.
Подобрав ключики — ему отдали целую связку, — Павел открыл заветный ящик.
На самом верху, прямо перед глазами лежал большой пакет, перевязанный чёрной ленточкой.
Вот оно, завещание его матери, где содержится его судьба.
— Много и малоценных бумаг, что стоят лишь горящего камина, — не повышая голоса, подсказал ему Безбородко.
Один только он знал всё: Екатерина доверяла хитрому хохлу все свои секреты...
Павел вынул пакет, взвесил его на руке.
Тяжёлый пакет...
Он присел перед бобком, развязал чёрную ленточку, свернул на сторону сургучные печати.
На конверте стояло: «Государственному совету».
Павел дрожащими руками разорвал конверт. Из него выпал листок с манифестом, потом листки с завещанием матери...
Да, она отрешила его от власти, которую он ждал тридцать четыре года, да, она отказала престол внуку, его сыну Александру, подкрепила всё это доводами о неспособности Павла править страной, о его качествах, которые не должны быть свойственны настоящему монарху...
Он не стал читать дальше, там было ещё много бумаг, и все соответствующего содержания...
Павел поглядел в сторону Безбородко. Тот стоял, отвернувшись к самому стеклу, хоть оно и было закрыто тяжёлой портьерой, и молчал.
Жарко горел камин, пылали в нём целые брёвна, и раскалённые угли бросали отсветы в полутёмную комнату.
Павел встал, подошёл к камину и бросил все бумаги в огонь.
Они сразу запылали ярким пламенем, и в огне корчились и гасли слова матери о его неспособности править страной, о его никчёмности...
Сгорала бумага, чернела, а на чёрном всё ещё выделялись эти буквы.
Неспособен... Это он-то, который за эти тридцать четыре года продумал все свои указы, который понимал, что надо изменить в стране, где всё продажно и пропитано воровством, где дворянство развращено и давно забыло о служении государству; это он-то, которому виделись все заботы, строгости и жестокости, кои следовало ввести, чтобы всё подчинить одному делу — служению государству...
Он всё ещё смотрел на огонь, где догорали злые слова о его неспособности.
«Это мы ещё посмотрим, — думал он, — всей своей жизнью докажу я императрице, что не только способен, но и знаю...»
Рассыпались в золу обрывки чёрных бумаг, занялась огнём даже чёрная ленточка завещания.
Всё. Сгорело дотла, больше не существует этого завещания, и он, наследник, легко и прочно взойдёт на престол, а потом уж покажет всему развращённому его матерью двору, кто он такой, по её словам, неспособный правитель...
Он будет суров, но справедлив...
Павел оглянулся в сторону Безбородко. Тот всё ещё стоял, уткнувшись лицом в тёмную бархатную портьеру.
— К сожалению, никакого завещания не оставила императрица, — сказал Павел скорее весело, чем угрюмо.